Первым в Советском Союзе это осознал Николай Каманин, основатель и руководитель Центра подготовки космонавтов (ЦПК), помощник главкома ВВС по космической тематике.
Николая Петровича можно назвать выдающейся личностью: в 1934 году он возглавлял авиационный отряд, в составе которого было семь первопроходцев, удостоенных звания Героя Советского Союза. В неблагоприятных погодных условиях они спасли челюскинцев, за что он был награжден Золотой Звездой № 2. В период Советско-финской войны 1939-1940 годов и во время Великой Отечественной он командовал бомбардировочными и штурмовыми авиационными подразделениями, а его старший сын, Аркадий, стал самым юным летчиком Второй мировой, начав службу в небе в четырнадцать лет.
Каманин, человек принципиальный и непреклонный, не стремился к чинам и почетным званиям (занимал звание генерал-лейтенанта с 1945 по 1967 год), не боялся высказывать свое мнение перед вышестоящими лицами, но при этом проявлял отеческое требовательность к своим подчиненным. Именно его мнение оказалось определяющим при выборе первого космонавта – Юрия Гагарина или Германа Титова.
В 1961 году в Центре подготовки космонавтов, который также являлся воинской частью № 26266 и находился в Звездном городке, была создана организация, объединяющая охотников-космонавтов и военнослужащих ЦПК.
Генерал Каманин на протяжении многих лет вел секретные дневники, тщательно записывая в них события, происходившие в советской космонавтике. После его кончины дневники были опубликованы под названием «Скрытый космос».
Значительное внимание в этих записях уделяется охоте и рыбалке. Обычно космонавты отправлялись на рыбалку непосредственно перед полетами, а охота была запланирована на период между запусками.
11 и 12 августа 1962 года были осуществлены успешные запуски третьего и четвертого советских космонавтов – Андрияна Николаева («Восток-3») и Павла Поповича («Восток-4»).
5 августа 1962 года Каманин сделал запись в дневнике: «После обеда мы отправились в увлекательную прогулку по Сырдарье на трех катерах. Несколько раз закидывали сеть, и все с энтузиазмом участвовали, погружаясь в воду. Николаева и Поповича даже пришлось слегка сдерживать, так как было бы неразумно исключить кого-либо из подготовки к космическому полету из-за незначительной травмы, например, пореза. Все космонавты прекрасно отдохнули на реке и остались довольны этой поездкой».
14 и 16 июня 1963 года состоялись запуски космических кораблей «Восток-5» с Валерием Быковским на борту и «Восток-6», на котором летала первая в мире женщина-космонавт Валентина Терешкова.
Ранее, 2 июня 1963 года, Каманин сделал запись: «Космонавты, вместе с генералами Гореглядом и Одинцовым, отправились на рыбалку. После рыбалки участники вернулись очень довольными, им удалось поймать сома весом около восьми килограммов».
после праздностей в Кремле, посвященных 30-летию присвоения звания Героя Советского Союза летчикам, вызволявшим челюскинцев, 17 апреля 1964 года Каманин отправился на охоту вместе с космонавтами и их супругами. Охота проходила в военном охотничьем хозяйстве, расположенном в 25 километрах к востоку от Переславля-Залесского.
Каманин снова обратился к нам: «Гагарин и Николаев поймали глухаря, Комаров поразил зайца — таков весь наш скромный улов. Терешкова и Гагарина приготовили для нас восхитительный завтрак. Поездка удалась, все остались очень довольны, хотя не всем удалось поучаствовать в стрельбе».
В первую очередь, в состав первого отряда космонавтов вошли военные летчики-истребители, опытные специалисты, не раз сталкивавшиеся с опасностью при освоении реактивной авиации. В условиях службы и во время тренировок они проявляли исключительную скорость реакции в критических ситуациях.
Ирина, дочь Владимира Комарова, рассказывала: «Как-то раз отец выполнял полет в паре, а впереди летел более опытный летчик, имевший боевой опыт. Облачность была низкой, вокруг простирались горы, поросшие лесом. Внезапно первый самолет начал снижаться под облако, задел вершины деревьев и потерпел крушение. Самолет отца, напротив, пошел вверх и совершил успешную посадку. У него была поразительная интуиция. Он без колебаний выбрал правильное направление».
Кроме того, многие из космонавтов с юных лет увлекались охотой. Так, Павел Беляев уже в пятом классе приобрел репутацию опытного охотника на пушного зверя, включая медведя, и обеспечивал продовольствием свою семью. В дальнейшем он служил летчиком на Дальнем Востоке, участвовал в Советско-японской войне 1945 года и испытывал глубокую привязанность к этому краю. «Какая там, братцы, охота!» — с воодушевлением говорил он.
Его напарнику по космической миссии на корабле «Восход-2», Алексею Леоновым, уроженцу Сибири, также было равных – он стал первым человеком из числа землян, совершившим выход в открытое космическое пространство.
Во время 26-часового полета «Восхода-2», осуществленного 18 марта 1965 года, было зафиксировано семь отклонений от нормы, которые потенциально могли привести к трагическим последствиям для экипажа (после выхода в открытый космос Леонов невероятным образом смог вернуться на корабль, автоматическая система ориентации отказала, и впервые в истории космонавтики Беляеву пришлось осуществлять посадку корабля вручную и так далее).
Посадка «Восход-2» произошла не в запланированном районе, а в отдаленной тайге, в 180 километрах к северу от Перми. Экипаж провел там двое суток, проявив мужество и стойкость в борьбе с низкими температурами. В ожидании спасателей космонавты использовали экранно-вакуумную теплоизоляцию обшивки кабины, обмотав себя ею, а поверх натянули парашютные стропы).
У Беляева и Леонова имелся только стандартный пистолет Макарова, который полагался на каждого члена экипажа еще со времен полета Гагарина. Для отпугивания медведей, приближавшихся к ним, космонавты неоднократно использовали его.
По инициативе Леонова Тульский оружейный завод начал производство 2,4-килограммового неавтоматического трехствольного пистолета ТП-82 для космонавтов. Оружие предназначалось для охоты на диких животных и подачи световых сигналов. Верхние два гладких ствола рассчитаны на стрельбу дробью патронами 32-го калибра, нижний нарезной – на 5,45-миллиметровые пулевые патроны и сигнальный патрон. Приклад-мачете позволял рубить заросли, заготовлять дрова или копать ямы).
Павел Попович делился воспоминаниями о Леонове: «Не так давно мы отправились в лес. Я на автомобиле, Леша – на мотоцикле. Двигались, как говорят, на высокой скорости. Леша был впереди. Внезапно я услышал: «бах, бах!». Что это могло быть? Оказалось, Леша, увидев зайца, остановился и успел точным выстрелом подстрелить «косого». — Хорошо получилось, — сказал я, — а он рассмеялся: — Космонавту нельзя терять бдительность».
В зависимости от доступности дичи и погодных условий, космонавты использовали перья и кровь для охоты.
Космонавта СССР Андрияна Николаева, третьего по счету, по праву можно назвать метким стрелком. Его мать, Анна Алексеевна, вспоминала: «С самого детства Андриян проявлял любовь к животным, цветам, травам и лесу. Он был прекрасным охотником!»
Владимир Комаров также отличался прекрасной меткостью, о чем свидетельствует случай, когда им было совершено двойное попадание, поразившее сразу двух зайцев.
Поездка 24 апреля 1965 года в охотничье хозяйство «Сосновка», расположенное на берегу Ладожского озера в Ленинградской области, осталась в памяти Каманина как первое в жизни опыта охоты на глухаря.
В записи в своем дневнике генерал указал: «Через 20 минут я услышал один выстрел, а еще через 10 минут заметил Германа и егеря — они несли крупного глухаря. Я несколько раз приближался к токующим глухарям на расстояние от 40 до 50 метров, однажды стрелял, но не попал. Эта неудача меня не расстроила, поскольку мне было увлекательно пережить весь цикл прослушивания, наблюдения и приближения к глухарям. Титов и Леонов добыли по глухарю, Гагарин — утку и двух тетеревов. Также было поймано много рыбы. Все участники поездки остались очень довольны охотой и рыбалкой».
Юрий Гагарин, родившийся на Смоленщине, с самого детства любил охоту и рыбалку. Алексей Леонов вспоминал: «Потом он был председателем нашего охотничьего коллектива, мы выезжали на открытие утиной охоты всем отрядом. И обязательно – один или два раза – отправлялись на зверобойную охоту в Подмосковье и даже до Калуги. Зверовая охота требует надежных товарищей, случайных людей там быть не полагается. Иногда с нами Николай Петрович Каманин – руководитель подготовки первых советских космонавтов».
14 августа 1966 года Каманин вместе с сыном Львом и группой космонавтов посетил открытие сезона охоты в Мещерском охотничьем хозяйстве. Охота велась по системе «перу.
Генерал припомнил, что путь к охотничьим укрытиям они прокладывали в ночное время на лодках, используя весла и избегая запуска двигателей, чтобы не потревожить животных.
По словам Каманина, в первом укрытии разместили Комарова, во втором – Леву, а боевую позицию занял он сам. Однако охота оказалась не богатой: утки летали редко и на значительной высоте. В итоге, он сделал всего четыре выстрела, Комаров – шесть, Лева – 25; все стреляли на максимальных расстояниях. Леве удалось подстрелить две утки, а ему с Володей пришлось испытать разочарование от отсутствия результата».
Герман Титов, второй космонавт СССР, также придавал большое значение охоте: «Когда я чувствую сильную усталость или испытываю душевный дискомфорт, я стараюсь вспомнить лес на рассвете, тишину, которую нарушает лишь шелест листвы, прохладный и свежий воздух, крики глухаря — и это помогает избавиться от усталости. А если удается поохотиться, то это особенно хорошо – надолго остается ощущение прилива сил. Даже если не удалось совершить ни одного выстрела. Ведь охота – это прекрасный способ расслабиться».
Несмотря на это, охота всегда сопряжена с непредсказуемостью и порой нуждается в предельной сосредоточенности, подобной той, что необходима во время космических путешествий.
Елена, старшая дочь Юрия Гагарина, делилась воспоминаниями об отце:
«Благодаря быстрой реакции однажды ему удалось предотвратить серьезную опасность: во время сложной и продолжительной зимней охоты на него напала рысь, попытавшаяся запрыгнуть на спину. Именно благодаря своим рефлексам он смог ее поразить выстрелом»
В сентябре 1966 года произошел инцидент: во время охоты на уток на торфяных островках Рыбинского водохранилища, где участвовали Юрий Гагарин и другие космонавты, всех охотников, за исключением первого космонавта планеты, эвакуировали в темноте. Матрос, который ранее доставил Гагарина на остров, не смог определить свое местоположение в условиях недостаточной видимости.
Для поиска были задействованы все имеющиеся ресурсы, и к полуночи на необитаемом острове обнаружили Гагарина. Он сильно замерз, однако сохранял самообладание и даже шутил. Чтобы согреться, Юрию Алексеевичу предложили стакан водки, который он выпил быстро.
В отношении алкогольных напитков, употребляемых космонавтами во время охоты, следует отметить, что их можно было принимать после, однако категорически запрещалось делать это до выезда в лес или к водоёму.
Леонов вспоминал: «Однажды случилось, что Попович и еще несколько человек почти всю ночь проиграли в карты. Мы же приехали, чтобы отдохнуть… И, конечно, употребляли алкоголь. Когда мы собирались садиться в автобус, я у него забрал карабин. — Алексей, что ты делаешь? Мы же друзья… — Нет, на охоте друзей не бывает, я тебя предупреждал, что так делать нельзя. Это чревато».
В период с 18 по 20 октября 1966 года в Спас-Клепиках, что под Рязанью, прошла охота, организованная космонавтом Каманиным. Охотничьи угодья, расположенные в этом районе, принадлежали Совету министров РСФСР и охватывали территорию в 12 тысяч гектаров, включая озеро площадью более двух тысяч гектаров, где обитали многочисленные утки.
По словам Каманина, Гагарин добыл 12 уток, Леонов – 9, Кузнецов, Хрунов, Горбатко и Лева – по 2, а вот я и Николаев не смогли зафиксировать трофеев. Леонов использовал тульское автоматическое ружье с пятью патронами и удлиненным стволом, и я лично видел, как он сбил две утки с расстояния 80–100 метров. У Гагарина также было ружье высокого качества, позволявшее ему с уверенностью поражать летящих уток на дистанции 45–50 метров. Остальные участники использовали ружья, обеспечивающие убойную кучность не более чем на 30 метров».
Гагарин и Леонов имели репутацию самых увлеченных охотников в Центре подготовки космонавтов. Их объединяло то, что, будучи пионерами освоения космоса, оба отличались энергичным и лидерским характером. По словам Леонова, они нередко отправлялись на охоту вместе, посещая самые разные территории.
Для добычи кряквы использовали перемета, на который в качестве приманки крепили мальков рыбы. Также охотились на зайцев с собаками.
Космонавтов привлекала и загонная охота. Леонов вспоминал: «Приезжаешь, формулируется задача – на какого зверя мы охотимся, выбирается тактика, назначаются места для стрелков. Расставлял стрелков руководитель охотхозяйства. Иногда я определял задачу. Затем предоставлялось слово старшему егерю. И егеря уже действуют. Загонная охота – это, как правило, на просеке. Через километр – следующая просека. Выстрел, или сейчас говорят, что пошли. И начинают кричать, кто-то с трещотками, зверя выгоняют».
В заключение 1968 года Каманин присутствовал на праздновании 50-летия авиационного полка имени Ленина, где он проходил службу в период с 1929 по 1934 год и совершал вылеты на помощь челюскинцам.
В дневниковой записи Каманина упоминается, что 1 декабря Герман Титов, секретарь Уссурийского райкома партии Шевченко В. И., вместе с тремя офицерами из гарнизона отправился на охоту за фазанами в район станции Пограничная. Охотились они непосредственно у границы с Китаем, где фазаны обитали в большом количестве. Несмотря на неблагоприятные погодные условия (дождь и сильная грязь), им удалось добыть 11 фазанов, причем четыре из них были подстрелены Титовым. Ранее, за три дня до этого, он убил медведя под Хабаровском)».
в течение десяти лет Каманин руководил подготовкой советских космонавтов к полетам (с 1961 по 1971 год). Обобщая свою работу, он отмечал: «Главная задача Центра – подготовка людей к космическим полетам – всегда выполнялась успешно, поскольку за указанный период не было ни одного случая срыва или переноса сроков пилотируемых полетов, вызванных недостаточной подготовкой космонавтов».
Трагические случаи гибели Владимира Комарова в 1967 году (Союз-1) и Георгия Добровольского, Владислава Волкова и Виктора Пацаева в 1971 году (Союз-11) были вызваны техническими неисправностями. Экипажи, в свою очередь, прошли тщательную подготовку.
