В тихом месте раскинулась небольшая деревенька, окруженная дорогами, которые после дождя становились совершенно непроходимыми. Двигаться по ним было очень трудно, и поэтому местные жители неизменно предпочитают калоши для любой обуви. Под кроватью можно найти что-то подходящее на случай, если придется выбраться из этой грязи. Но сейчас речь не идет о современном мире с его развитой цивилизацией. Мы поговорим о бобрах, а точнее – о рыбалке.
И рядом с этой деревней несла свои воды река – спокойная, без бурных перекатов и водопадов. Женщины водили белье стирать. Хочется заменить слово «бабы» на «женщины», но это нарушает атмосферу рассказа.
В жаркую погоду дети резвились в воде, а во времена детства моей жены она вместе с друзьями вылавливала в этой речушке щурят необычным способом – с помощью маек. И это действительно приносило результаты! Я оказался на этой реке спустя полвека и, не найдя майки, пытался что-нибудь поймать на удочку.
Переправляться через речку можно было по мостику, который был вполне пригодным для автомобилей, хотя проезд по нему сопряжен с определенным риском. Коровы и нетрезвые пастухи без труда преодолевали его. Коровьи копыта были направлены в сторону Ижа, и трехкилометровый путь не представлялся им сложным испытанием. Приблизительно на середине пути находилось болото глубиной по колено корове. Это болото затапливалось во время весеннего половодья и затем постепенно высыхало к осени.
Летом, когда стояла засуха, река мелела настолько, что по дну, усыпанному досками и ветками, можно было проехать прямо к Ижу. Но даже в такие периоды коровы с их копытами застревали. Тем не менее, они продолжали идти, потому что считалось, что трава на пойменных лугах более сочная. А пастухи, злоупотреблявшие своим положением, быстро выходили из строя и предоставляли животным полную свободу передвижения. Несмотря на близость к деревне, происходило немало необычных событий: зайцы, лисы и норки часто перебегали под ногами коров, а множество птиц, во главе с лебедями, устраивали игры с ондатрами. Иногда из зарослей появлялись лоси.
Рыбаки знали о существовании этого удивительного уголка, но не нарушали его покой. Жители края были незнакомы с рыбалкой, кроме использования сетей, и считали её сезонным занятием – весной. Для приезжих было обременительно преодолевать трёхкилометровый путь через болото, тогда как к другим местам можно было подъехать прямо к воде.
Это развернутое введение необходимо, чтобы не утратить основную мысль. Иначе же потеряется понимание сути вопроса. А вопрос, как уже отмечалось ранее, связан с бобрами.
…И вот местные бобры решили, что если деревенская администрация не может эффективно управлять деревней, то уж тем более она не способна заботиться о речке. И они взяли управление в свои лапы. Первым же шагом стало изменение русла реки. Она на протяжении десятилетий текла по одному и тому же пути, а теперь внезапно изменила своё направление. А точнее — передвинулась в сторону, и если не вернётся обратно, как когда-то надеялись наши лидеры, то отклонится от привычного маршрута весьма значительно.
Мост через речку превратился в памятник, а болото больше не зависело от половодья, постоянно заполняясь водой из нового русла реки. Это сделало его непроходимым для скота, пастухов и транспорта. За несколько лет коровьи тропы заросли растительностью. Женщины, лишившись привычного места для стирки белья, выражали недовольство и пытались найти виновников – бобров – с оружием в руках, но безуспешно. В конце концов они смирились. Так наши бобры распоряжаются течением реки и деревенской жизнью.
Если мне удалось сосредоточиться преимущественно на бобрах, то это стало возможным благодаря моей рыбалке. Рыбалка в этой безлюдной местности традиционно приносит хороший улов, а порой оказывается поистине необыкновенной.
В деревне меня долго побаивали. Перебраться через болото, которое совершенно непроходимо, у меня не получится. Но как поступить, если организм подает сигнал? К тому же, есть веские причины. Во-первых, уже неделю стоит жаркая солнечная погода. Во-вторых, я давно не был в полном одиночестве. А в-третьих, вместо этого мне предстоит помогать с посадкой картофеля.
Я беру несколько поплавков, червей, спиннинг и пару килограммов приманок. В рюкзак я укладываю болотные сапоги. Ходить в них в жаркую погоду неудобно, к тому же они понадобятся лишь для переправы через болото, а бродить по такому месту без обуви не очень приятно.
Перешёл по мостику (кстати, в реке есть вода, и даже обустроено место для мытья). Непонятно, изменилось ли что-то или деревенские слухи всегда, прямо скажем, сильно приукрашены. Однако следов коров замечено не было. Жарко, рюкзак хоть и не очень тяжёлый, но начинает ощутимо мешать. Дальше – болото. Надеваю сапоги, уменьшая вес рюкзака наполовину. Никогда раньше не обращал внимания на то, какие они тяжелые. В общем, с некоторой тревогой, но в целом спокойно преодолел это препятствие и вышел на сухую землю. Сапоги больше не требуются, однако решаю не поддаться искушению их снять. Вполне возможно, что меня ждут ещё какие-то перемены. И первое из них повергает в удивление.
Примерно два года назад мне удалось поймать красноперку в узкой полосе воды, расположенной между берегом и зарослями камыша. Эта область была небольшой, однако пойманная рыба весом около 300-400 граммов заметно изогнула мою легкую удочку и яростно сопротивлялась. Я выбрался из болотистой местности и поспешил к месту поимки рыбы, где она оборвала мои снасти. Там росло растение, похожее на камыш или рогоз — признаюсь честно, в ботанике я не разбираюсь.
Поскольку вода отсутствовала, а учитывая, что красноперка не передвигается по земле, я направился в другое место с заметно сниженным интересом. Поплавочная ловля там оказалась неэффективной, если сравнивать с использованием прикормки… Однако в этом месте всегда можно было рассчитывать на наличие хищной рыбы. Мне известно о действующих ограничениях, но, будучи не сторонником активной борьбы с ними, я иногда допускаю определенные отклонения от правил.
С такими мыслями, которые казались запретными, я подошёл к берегу, взял спиннинг и с волнением забросил вертушку. Однако, очевидно, какие-то более влиятельные силы, чем рыбинспекция, контролируют эти ограничения. Уже при втором забросе мой спиннинг сломался и зацепился за леску. Это известие не вызвало у меня особого потрясения, поскольку пять лет назад я уже бывал на этом берегу перед началом льда, но в морозную погоду, чтобы попытаться поймать щуку.
При втором забросе блесна зацепилась за камыш, я инстинктивно дернул, и мое «замерзшее» удилище сломалось. После этого я пошел собирать замороженные шампиньоны, что немного утешило меня после случившейся неприятности. Эти посторонние истории помогли мне справиться с шоком. Если у меня две поплавочных удочек, то спиннинг – всего один. Изолента и подручные средства позволили сделать еще десять забросов блесной, но третий перелом положил конец этому занятию.
Небольшие неудачи. Красноперка не клюнула из-за отсутствия воды, щуку не удалось поймать, поскольку не было спиннинга. Остается лишь отчаянная попытка выудить матросиков в устье небольшого ручья. Как раз они должны быть на месте. Я распутал свой семиметровый мах и забросил удочку. Затем повторил бросок, а потом – в другую точку. Именно здесь скрывается полное и безоговорочное поражение! Я не ленивец и не планирую прятаться от работы в огороде в кустах. Однако, по всей видимости, так было предрешено, что без меня картофель не будет посажен.
С этими словами я забросил снасть в совершенно бесперспективное место. И еще не успел сделать подсечку, как поклевку пришлось срочно реализовать. Похоже, что новый червяк утонул, после чего поплавок тут же попытался его спасти. Подсечка – и небольшая густерка стала поводом для кратковременной радости.
Что остается делать? Похоже, придется несколько раз забросить удочку, а затем отправиться за картошкой. Снова быстрый удар, подсечка – и… и рыба упрямо засела. Она явно стремилась заполучить мою удочку. Первой мыслью было то, что я не смогу вытащить ее до берега, ведь между нами росла трава. Однако вскоре она показалась на поверхности и оказалось, что это лещ с темной спиной.
Отойдя от берега, я с трудом дотащил свой трофей волоком и перестал думать о картофеле. Лещ был хорош не своими габаритами, а возможностью действительно поймать рыбу и изменить скучное времяпрепровождение на увлекательное занятие.
Преодолев усталость, я снова опустил червяка, однако результат остался прежним. Пойманный лещ весил около 300 граммов, и его пришлось с трудом вытаскивать сквозь траву. Примерно через десять минут активной работы в зарослях образовалась заметная прогалина, и оставалось только направить рыбу в этот участок. Такая рыбалка продолжалась около двух часов, прерываемая лишь небольшими паузами. Упаковочный пакет уже не мог удержать рыбу, и она разлеталась по траве.
Причины для остановки были и другие две. Черви стремительно покидали окрестности, а яркое солнце безжалостно обжигало, напоминая о том, что я вполне мог бы переносить полкилограмма воды, в то время как экономное отношение ко всему приводило к обезвоживанию организма.
Стоит отметить, что береговая линия была совершенно открытой, а ближайшие деревья и кустарники располагались на расстоянии полукилометра. Неизбежно приходилось постоянно смачивать платок и обтирать им губы, после чего оставалось лишь промывать рот водой не самого высокого качества.
Возвращение оказалось непростым из-за существенного улова и непрекращающейся жажды. Не соблюдая рекомендаций о постепенном употреблении жидкостей, я выпил сразу три литра ледяного компота. После этого почувствовал себя значительно лучше.
Вышло такое эскизное изображение с бобрами и лещами. Несмотря на все трудности, я хотел бы повторить его, однако это не удается. К несчастью, я не бобр и не способен создавать исключительно то, что представляется желательным…
