![Изображение Чистоплюй](https://maschile.ru/wp-content/uploads/2024/07/byvkw3q26.jpg)
Приехав на пруд, мы обнаружили довольно крупного карпа, захомутанного грязной веревкой, привязанной к крепкому колу. Чужая рыба нас совершенно не интересовала и мы разбили лагерь в сторонке, в полной уверенности, что без хозяина этот карп не останется.
В середине дня послышался рокот гусеничного трактора. Это только в детских книжках на вопрос: зимой и летом – одним цветом? – правильным ответом является ель. На самом же деле – это тракторист Семен!
Нас с Петькой восхищала его способность в тридцатиградусную жару выйти из раскаленного трактора в фуфайке и кепке без видимых признаков дискомфорта. Жестом патриция телогрейка сбрасывалась с плеч и Семен чинно усаживался на нее в позе Будды. Как правило, далее следовала информация по поводу, сколько его снастей похищены рыбой, но сегодняшний случай был особым.
Выпрыгнув из трактора, Семен не избавился от фуфайки, а важно приосанившись, спросил:
– Видали?
– Неужели! – сам же ответил Сеня.
Самое удивительное, что рыбалку Семен любил всеми фибрами души, отдавая ей все свободное время. Но при этом какое-то внутренне убеждение не позволяло ему потратить деньги на то, что не льется и не издает булькающих звуков.
Все его снасти изготавливались методом творческого поиска. Обходя пруд, он утилизировал любые «бороды», брошенные нетерпеливыми рыбаками. Предполагаю, что и крючки на его снастях в основном были «найденышами» или подарками городских рыболовов. При этом он никогда не унижался до просьб. Подарили – спасибо, не додумались, тоже переживем…
В качестве грузил использовались гайки, изредка выпадавшие из трактора. И судя по тому, что на ходовых качествах машины это никак не отражалось, они были конструктивно лишними. А на берегу втыкался кол, к которому привязывалась леса. Вот и вся снасть. Проще и не придумаешь!
Наши рыбалки для него большого интереса не представляли, так как были «сухими» по причине Петькиной склонности к запоям. Но однажды мы прибыли в другой компании, где главной целью был выпивон и, совершенно естественно, пригласили Семена.
Надо было видеть, с каким достоинством это предложение было принято и как величаво оформлено. Расположившись рядом с бутылками, нашу великолепную закуску Семен игнорировал, изредка позволяя себе брезгливо взять кусок хлеба, еще реже – колбасы. Чувствовалось, что он был вынужден долго обдувать хлеб, нашпигованный городскими микробами. А колбаса очищалась от оболочки столь тщательно и серьезно, что возникало ощущение, будто мы, горожане, смертельно рискуем, употребляя подобные продукты.
Самое забавное, что все эти манипуляции производились отвратительно грязными руками пещерного человека, о мыле еще не помышлявшего. Но вернемся в день сегодняшний.
– Я его с разгона на берег вытряхнул! Даже и не пикнул!
От всех рыб, кроме угрей, усачей и вьюнов, мне не удалось услышать никаких звуков, хотя и их скрипы были мало похожи на слова благодарности за проделанную работу. А в Сенином исполнении карп мог не только пикнуть, но и грянуть басом песню варяжского гостя!
Сенина увлеченность рыбалкой не прошла незамеченной для остальных жителей деревни. Мы знакомы со многими из них, так как пруд был поливным и периодически к нему подъезжали машины и трактора, заполняя свои емкости.
Как выяснилось, большинство мужиков считали Семена человеком пустым не за то, что он увлекался рыбалкой, а за конечный результат оной. Потому что результатов-то, как правило, не было. Да и мы с Петром результат Семеновых усилий видели впервые.
Чувствовалось, что его распирает от гордости.
– Ну, сегодня я им всем амбразуры-то заткну!
– А то – ловить научись!
– Моя три сковородки подготовила, аж сквырчат! Я как чувствовал, позавчера бадейку первача выгнал. Всю деревню умою… Одним махом.
Вытащив карпа на берег, Семен стал его развязывать.
– Сень! Дома освободишь. Вези скорей, – посоветовал Петр.
– Не… Мне веревка на берегу нужна. А вдруг еще возьмется.
Освободив рыбу от веревки, он нежно взял карпа под брюхо и понес к воде, чтобы помыть, так как сильно измазал его на берегу.
– Семен! Ты что, сдурел? Он же уйдет!! – крикнул Петька.
– У меня не уйдет! Я его сейчас, под жабры!
Видимо, почувствовав близость воды, карп, спокойно воспринимавший все Сенины действия, извернулся и мощным ударом избавился от «хозяина», быстро уплыв на глубину.
Это надо было видеть.
Я уверен в том, что если бы у нас был хотя бы один-единственный карп, мы бы не задумываясь отдали его Семену…
– Зато чистым плавает! – подытожил я.