Во время охотничьих экспедиций и путешествий меня привлекает не только сама охота. Я проявляю интерес ко всему, люблю узнавать, как живут люди в тех местах, где я охочусь, какие у них история, культура, традиции и повседневная жизнь. Иногда воспоминания о знакомстве с какой-нибудь страной или местностью остаются в памяти надолго, даже важнее, чем детали даже самой успешной охоты.
Я как-то с Сашей Протасовым вместе с семьями отправились на охоту в Австралию. Нам сопутствовала удача в охоте и трофеях, и все прошло успешно, но поездка запомнилась по другой причине. Саша родился в День Победы, 9 мая, в важный праздник нашей страны. Нас принимали австралийцы, молодые люди в возрасте от 35 до 40 лет, имеющие высшее образование, дружелюбные, приветливые и внимательные. Мы пригласили их к нам, чтобы вместе отпраздновать двойной праздник, и у нас получилась очень теплая встреча.
В завершение нашей встречи Саша обратился ко мне с вопросом:
— Как ты полагаешь, насколько хорошо австралийцы осведомлены о Великой Отечественной войне? Попробуй узнать у них!
Мой уровень владения английским языком позволяет мне свободно общаться, поэтому я выступал в роли переводчика. В результате проведенного опроса мы получили следующие сведения. Прежде всего, они именуют нашу Великую Отечественную войну Второй мировой войной. Что ж, допустимо.
— Где развернулось ключевое сражение во Второй мировой войне? — поинтересовались мы.
Они в уверенном тоне заявили, что победа над фашистской Германией была достигнута благодаря бомбардировкам английской авиации немецких мобилизационных ресурсов, заводов и фабрик, подчеркнув, что этот факт широко известен. Подобный ответ, естественно, задел нас. Передав эту информацию Саше, я заметил, что он встревожен.
— Повторно запроси информацию, — попросил он. — Если они не смогут дать верный ответ во второй раз, я объясню им все, используя другую форму представления.
Он, разумеется, ожидал, что речь пойдет о Курской дуге, о Сталинградской битве, однако нам поведали истории о бомбардировках немецких городов и заводов. Я поинтересовался:
— Какое, на ваш взгляд, событие Второй мировой войны стало поворотным моментом и привело к краху военной мощи Германии?
— Ответ гласил о поражении немецкого экспедиционного корпуса Роммеля в Северной Африке.
— Итак, коллеги, — обратился я к ним, — мы практически завершили изучение истории Второй мировой войны. Скажите, какая военная операция и какое событие вынудили нацистскую Германию признать свое поражение в войне?
Эти добродушные австралийцы, отличающиеся прямотой и отсутствием предрассудков, сказали: «Все это общеизвестно: победа в войне в Микронезии».
Мы с Сашей лишь беспомощно разводили руками, не понимая, что такое война в Микронезии. Тогда я осознал, что их мировоззрение сильно отличается от нашего, и они не смогут нас понять, подобно тому, как мы не можем их понять. Несмотря на это, у них все же существовало какое-то представление о войне, и когда им удалось вспомнить о Сталинграде, Саша проявил к ним снисходительность.
В конечном счете, мы с ними выпили, поведали о войне, нашли общий язык. Взаимное уважение и понимание сыграли свою роль, и они даже дали обещание больше не вести боевые действия против русских…
Но вернемся к охоте. Охота на белого медведя в Канаде показалась мне очень привлекательной как с точки зрения сложности, так и с точки зрения возможности погрузиться в историю. Во-первых, добираться до Канады оказалось непросто (все происходило уже после введения санкций). Четыре пересадки и несколько дней в пути: Турция, Монреаль, затем Оттава, Икалуит — центр провинции Нунавут, город на острове Баффинова Земля, и далее от Икалуита маленьким самолетом до поселка, где проживает всего 400 жителей. Оттуда на снегоходах мы удалились примерно на 200 километров; лед был плотным, торосы и трещины препятствовали высокой скорости. Аналогичная ситуация наблюдалась и по берегу: каменистые гряды не позволяли разогнаться. Эти 200 километров дались нам непросто, мы ехали, возможно, сутки, средняя скорость составляла 15–20 метров в час, а порой и меньше.
Нам посчастливилось пожить с инуитами в их традиционных жилищах. Шесть человек и мы вдвоем ютились в одной палатке. Было очень холодно, я бы даже сказал, невыносимо холодно. Влажный ветер и мороз в –28 °C создавали настоящее испытание. После этой поездки в Канаду я охотился в Иркутске, где температура опускалась до –43 °C. Однако эти морозы ощущались гораздо легче. В Канаде же нас ждала настоящая невыносимость.
Инуиты пытались согреть палатку, используя бензиновую печку, поскольку газовой у них не было. Теплый воздух концентрировался в верхней части палатки, где мы сушили вещи, которые за день промокли во время катания на снегоходах в поисках медведей…
Мы спали, почти не раздеваясь. Инуиты были одеты в традиционную национальную одежду и обувь, отличающуюся многослойностью. Все элементы были изготовлены из натуральных материалов и искусно декорированы. На нас же была одежда и обувь Baffin, приобретенная по рекомендации специалиста из Монреаля. Когда мы прибыли и инуиты увидели нашу экипировку, они сказали, что «возможно, мы и выживем на льду».
Мы провели три дня, выслеживая белых медведей, но все оказалось безуспешно. Ни самих животных, ни их следов мы не обнаружили. Позднее обстоятельства прояснились. В то время как мы занимались поисками зверей, у нас состоялось немало бесед с местными жителями. Нас привлекал их быт, а им было интересно узнать о моих охотничьих приключениях.
На четвертый день сильных морозов местные жители предсказывали смену направления ветра. После этого лед начнет разрушаться, в трещинах можно будет увидеть нерп, а за ними – медведя. Отсутствие зверя в данный момент не является показателем.
— До охоты остаются десять дней, поэтому нам стоит подождать, — заявили инуиты.
Что ж, пришлось ждать. На четвертый день поднялся ветер, и мы отправились на снегоходах в то место, где, как мы надеялись, должны были образоваться трещины во льду.
В нашем распоряжении находилось пять снегоходов: один принадлежал мне, второй – моим приятелем, а еще три снегохода сопровождали нас, по два человека на каждом, – местные охотники. Таким образом, мы искали дичь на льду, обследовая остров за островом.
Инуиты перевозили нарты с грузом и собаками, вероятно, хаски. По законодательству Канады разрешено выслеживать медведя на снегоходе. Однако, при обнаружении медведя необходимо выпустить собак, которые должны будут сдержать его до вашего прибытия.
Нам сопутствовала удача: сразу же бросились в глаза и следы медведей, и лежки нерпы, и места охоты зверя. Тогда мне показалось, что я уяснил особенности поведения белого медведя в контакте с человеком. При подобной встрече хищник постарается укрыться в торосах или, если поблизости есть скалистые острова, забраться вверх, в скалистые возвышенности.
В нашем случае ситуация развивалась именно таким образом. Мы двигались вдоль одного из островов и внезапно оказались лицом к лицу с белым медведем. Он немедленно направился на остров. Местные жители выпустили собак, которые начали преследовать зверя в гору, где его и зафиксировали. Я произвел выстрелы на относительно небольшом расстоянии, примерно 80–100 метров, используя патрон .375 калибра. Выстрелов было около трех-четырех. В результате мы добыли крупного медведя. Ранее мы с моим напарником, чтобы решить, кто из нас произведет первый выстрел, использовали жребий. И выпало стрелять мне. Когда мой товарищ увидел добытого зверя, он испытал разочарование. И я обратился к инуиту:
— Послушай, постараемся найти достойного медведя для друга, и я отдам тебе мои «баффины», новые, из Монреаля. Они тебе понравились. А если животное будет в три метра, то еще и спальник отличный передам.
Наши проводники заверяли нас, что не стоит переживать из-за трещин, так как мы обязательно найдем еще медведей. Я с одним из инуитов остались ждать с нашим трофеем, а мой напарник отправился с остальными. Не прошло и сорока минут, как раздались выстрелы. Вскоре мы увидели, что и мой компаньон добыл крупного медведя.
Его ожидал весьма традиционный опыт охоты: медведь направился по ледяной поверхности, а не в скалистые районы острова. Инуиты спустили собак, которые настигли зверя. Существует даже видеозапись, на которой видно, как собаки нападают на хищника, а он опрокидывает одну из них. Как правило, у инуитов в охоте участвует большая группа собак, насчитывающая около 12 особей. Опыт имеют только вожаки, а молодые собаки еще не закалены. Именно одну из неопытных собак медведь и повалил. Фактически, на этом наша охота на белого медведя завершилась. Это было непростое, увлекательное и весьма запоминающееся событие.
Поселок, где проживают четыреста инуитов, можно охарактеризовать как благоустроенный. Каждая семья владеет собственным домом – аккуратным, современным коттеджем. У всех, без исключения, имеются снегоходы «Bombardier», причем новые, не бывшие в употреблении, возрастом не более трех-четырех лет. Жители передвигаются на дорогих автомобилях, преимущественно на внедорожниках, хотя, по сути, им некуда ездить, кроме как по родному поселку. Забавно, конечно, но – подумать только! – все это на самом краю земли, откуда до ближайшего населенного пункта два часа полета на самолете.
В период нашего проживания в арктических регионах мы общались с местными жителями и обсуждали вопросы государственной поддержки.
— По их словам, дома находятся в собственности общины. Жители платят по 50 канадских долларов ежемесячно. Обогрев домов и водоснабжение предоставляются бесплатно, а за каждого ребенка государство выплачивает 500 долларов в месяц.
Заслуживает внимания, что у многих из них большие семьи, насчитывающие от пяти до семи детей.
Несмотря на суровые условия, которые чуть не стоили мне жизни на краю земли, меня ждало ещё более сильное потрясение. Инуиты, подобно чукчам, охотятся на китов и моржей. Это является основой их жизни. Я начал расспрашивать их о методах охоты, о том, кто бросает гарпун, сколько буйков используется, какие виды китов добываются и так далее. При этом я заметил, что они стали смущаться. Они ответили, что охотятся на серых китов, на что я указал, что и чукчи добывают именно серых китов.
К моему удивлению, выяснилось, что они впервые от меня услышали и о чукчах, и о том, что они проживают неподалеку и добывают тех же китов, на которых охотятся эскимосы. У меня был с собой телефон, и я показал им фотографии, рассказав о своей поездке на Чукотку и совместной охоте на китов с чукчами.
На снегу я указал пальцем, показывая, где расположены они, Чукотка, пролив Дежнёва, Аляска и Канада. В ответ они внимательно посмотрели на меня и сделали неожиданный вывод:
— Значит, вы такие же, как мы! Вы охотились вместе с нашими сородичами, теперь и вы стали одним из нас, и поэтому можете обращаться к нам, называя эскимосами.
Для иностранцев они не эскимосы, а инуиты. Мне же они позволили обращаться к ним как к одному из своих. Вот какое почетное звание мне было даровано, и какое доверие продемонстрировали представители небольшого и гордого народа. Я до сих пор помню, как сильно меня это тронуло.
