Именно в это время я особенно люблю побыть в одиночестве у реки. Возможно, потому что река сейчас тоже одинока, и её открытая, беззащитная красота контрастирует с хмурым лесом, возвышающимся над ней. Крун…крун, крон… Голос ворона, плеск воды на круговерти с переката на омут, висящая изморозь, туман и тяжелые, мокрые ели на обрывистых берегах. Осенняя река…
Я остался на реке один. Изначально мы планировали отправиться туда с товарищем, но у него не получилось. Я же был готов и предвкушал поездку. Поэтому вскоре отправился на разведку, чтобы узнать о клеве налима. Хотя, конечно, осень пока еще слишком теплая для этой рыбы, предпочитающей холодную воду.
Непосредственно перед этой поездкой мне позвонил человек с таким же именем, находясь у реки, возле горящего костра и с бокалом коньяка: он сообщил, что только что выловил налимчика. «Опять звонит!..» – я подумал. Это касалось колокольчика закидушки, который, судя по всему, издавал звуки в режиме реального времени, в то время как звонил сам Санька. Уф, тавтология. Но так сложилось.
Санька больше не звонил той ночью, оставив меня в состоянии неопределенности и некоторой зависти. Я сижу за компьютером, занимаясь рутинной работой с документами, в то время как другие рыбачат. Однако в последнее время не представляется возможным уехать к водоему, когда хочется.
После обмена сообщениями на специализированном форуме для рыбаков стало известно, что тогда Санька поймал четырех налимов, однако они оказались небольшими. Молодые особи. Причина оказалась той же – высокая температура воды. Для нас может быть прохладно, особенно ночевать у костра, постоянно переворачиваясь, а для налима это – комфортная температура. Когда ночные температуры установятся ниже нуля, наступит оптимальное время для ловли налима.
И вот я, наконец, добрался до реки. Я не стал удаляться далеко от моста. Времени недостаточно для всех дел и рыбалки. Наши наиболее удачные места находятся дальше, в нижнем течении. Но я решил остановиться на близлежащем небольшом участке, где на моей стороне желтеет песчаная коса, а противоположный берег выглядит типично обрывистым. На нем возвышаются ели, и стоит почти безлистный участок мелколесья, словно сжимающийся от пронизывающего ветра. День пасмурный и с мелким дождем. Необходимо начинать с обустройства укрытия. Срубив несколько сухих жердей, натягиваю большой кусок полиэтилена, фиксируя его к жердям отрезками капронового шпагата. Под навес складываю все вещи, иначе мелкий и затяжной дождь насквозь промокнет их.
Несмотря на то, что подготовка к ночлегу начинается преждевременно, я осознаю, как осенью обманчиво может протекать время. Похоже это на начало зимы: едва завершатся последние поклевки щуки примерно в час дня, иногда около двух, и можно начинать убирать снасти. Дальнейших клевов ожидать не стоит, и наступление сумерек произойдет скоро. Хотя, разумеется, если остаться на ночевку, то бывают и поклевки практически в кромешной тьме. Но это скорее исключение.
Сначала, как обычно, необходимо убрать с выбранной поляны мусор, оставленный предыдущими посетителями. Похоже, людям было сложно, покидая это место, взять с собой пакеты с отходами, банки и пустые бутылки.
В России это стало распространенным явлением, будто бы страна и не имела великой истории. Осталось только стремление к личной выгоде, пренебрежение к окружающей среде, разрушение природы, достижение целей любой ценой, даже ценой чужих страданий, поскольку диктуют правила рынка. Откуда это берется?
Нельзя всех объединять в одну группу. Те, кто недавно ездил с нами к водоемам, не поступают так. Более того, на сайте я видел, как ребята собирались на личных автомобилях, чтобы убрать мусор на Ветлуге и вывезти упакованные отходы в багажниках. Однако кто-то оставляет пакеты и бутылки, и берега самых красивых наших рек и озер, где вода пока еще относительно чистая, буквально завалены ими.
Сегодняшний день несет в себе свои особенности: он короткий, и необходимо еще и подготовить место для лежанки. Нужно растопить костер, который обеспечит интенсивное тепло и множество углей, что достигается при использовании мореного дуба-плавника. Поэтому я не жалею времени и ищу этот плавник на скате, в низине.
Нахожу несколько деревьев. С трудом, ворча и проклиная свою добровольную рыбацкую участь, подтягиваю их к навесу. Там, вместе с найденным сосновым сухостоем, который спилил крупной пилой, укладываю плавник в плот, собранный из трех бревен. Сухостой нужен для растопки костра, а затем, когда разгорится дуб, костер будет гореть даже под дождем.
Когда песок нагреется, я перемещу костер, а над тем местом, где он горел, установлю навес. После этого уберу угли, разложу влажные ветви ивняка, а поверх них – сухую траву… сухую, высушенную на корню, хотя сейчас она мокрее воды из-за постоянного дождя. Она необходима для создания мягкости.
Сверху расположен лист полиэтилена, а под ним – брезент. Лежанка завершена. Под травой образовалось свободное место между ветвями ивы, где будет распространяться тепло от углей, а затем от раскаленного песка. Под навесом можно будет отдыхать в ожидании сигнала колокольчика, неторопливо глядя на огонь, прислушиваясь к звукам дождя и тихому звучанию музыки из приемника. Холод не проникнет снизу, по крайней мере, до часа или двух ночи, а там и можно будет собираться, выпивать крепкий чай, умываться в прохладной воде реки. Утром необходимо ехать домой, едва забрезжит рассвет.
В настоящее время, когда обустройство стоянки первобытного рыболова практически завершено, необходимо поймать небольшую рыбешку на живца. Если не на живца, то хотя бы для приготовления пищи следует поймать какую-нибудь «белую» рыбу. Осенью, как я выяснил, самые крупные налимы отзываются на рыбку. На червя, как правило, наблюдается больше поклевок, однако и налимы в улове чаще всего оказываются небольшими.
Я потерял фидер во время переезда в новый дом, а некоторые донные удочки – тоже. Остались только закидушки. Однако у меня есть резиновая лодка, и я припас бортовые донки с фидерными кормушками, по-видимости, весом 60 граммов. Эго достаточно для ловли в неспешной осенней воде. Также я взял прикормку для леща от Дунаева и приготовил «салапинскую кашу» для повышения насыщенности и вязкости. Во время предыдущей поездки сюда мы ловили и на консервированную кукурузу, помимо опарыша, червя и перловки. Тогда клевала сорожка-плотва, а мой сын Иван вытащил подлещика на закидушку. Кукурузу я взял и в этот раз.
Преодолев реку, я закрепился за елью, плавающей на поверхности воды. Практически в каждой яме можно увидеть подобную ель, которую подточила весеннее половодье, поэтому все эти места кажутся очень похожими. Как только я опустил кормушку на дно, сторожок донки заметно дрогнул, и на леске начала метаться сорожка. Именно эту рыбу я и хотел поймать…
Сорожки клевали на донку с энтузиазмом и довольно регулярно, вызывая колебания пружины, оснащенной ярко-красным пластмассовым шариком и колокольчиком на конце сторожка. Однако затем сторожок резко прогнулся и вернулся в исходное положение под действием пружины. Я подсек удильником. Очевидно, это был не сорожка. На леске чувствовалась довольно мощная рыба, которая активно сопротивлялась.
Вскоре под лодкой раздался плеск, и на поверхности воды мелькнул бок леща. Я достал рыбу рукой и поместил её в садок. Лещ пришел в себя и окатил меня ледяной водой. Бр-р!.. Как им не холодно в осенней воде?.. Подлещик клюнул на мочку красного опарыша, который был насажен вместе с одним юрким навозным червяком. Сорожка также предпочитала опарыша, реже – кукурузу, перловку и червя.
После увлекательной рыбалки я чуть не упустил из виду свою основную задачу – ночной улов. Время уже близилось к вечеру. Я освободил «якоря» и направился к своему месту.
Разложив леску кольцами на песке с мотовилец, я перематываю ее обратно, чтобы обеспечить свободный сброс. Затем втыкаю прочные ивовые прутья, насаживаю на двойные крючки резку и живцов, а на одинарные – крупные крючки с длинным цевьем, оснащенные мочками крупных земляных червей и темно-малиновыми подлистниками.
Сначала я забрасываю приманку враскачку и прикрепляю к леске колокольчики. Все эти действия выполняются в сумеречном свете, чтобы сразу определить оптимальную длину лески. В противном случае в темноте можно случайно забросить снасти за край косы в яму или оказаться слишком близко к месту ловли. Если заброс окажется за пределы переката, то крючки могут зацепиться за коряги на дне ямы, где налим обычно держится днем. Это, безусловно, перспективное место, но здесь можно только ловить леску. Ночной хищник предпочитает охотиться не здесь, а на границе переката и ямы или непосредственно на перекате.
В девять утра прозвучал первый тихий звон колокольчика. Я следую на этот звук, заглушаемый ночными шумами. Леска заброшенной снасти плавно сходит с катушки и уходит вперед. И от этих неспешных движений столь же сдержан и колокольчик. Он едва слышно позвякивает. Это похоже на поведение налима. Это совсем не похоже на резкую поклевку язя.
Вскоре у берега раздался всплеск, а у ног закружился небольшой налим. Затем он так же неторопливо выхватил еще одну рыбу.
Ночь была спокойной, с тихим дождем, который слышно на записи, с приглушенным криком совы на противоположном берегу и с осторожными передвижениями в темноте. По следам можно предположить, что в этом месте обитает небольшой медведь. Он, вероятно, набирает вес, питаясь муравьями перед зимой. Возможно, он и бродит где-то неподалеку. Он привык и к дыму, и к неспокойным рыбакам-путешественникам.
Удача на налима была невелика. Поймалось всего три небольших экземпляра, что объясняется теплой погодой в этот период. Я надеюсь еще посетить это место в холодные ночи, когда все покроется инеем.
