Хотя до снегопада еще довольно долго. По всей видимости, именно свежий иней, покрывающий пожухлую траву, является источником этого аромата.
Затем впереди возникнет туманное пространство дороги, и вдоль нее раскинутся серебристые луга, где неспешно пасутся коровы и коростели-дергуны переступают через бугорки.
В начале осени мы неизменно выбираемся в поездки на велосипедах. Помимо возможности ощутить близость к природе и наблюдать за ее увяданием, велосипед обладает значительным преимуществом: он позволяет добраться до мест, недоступных для автомобилей. К сожалению, автомобилисты, посещающие эти места, нередко загрязняют окружающую среду, словно не заботясь о последствиях, или как будто не планируют возвращаться. Мы также иногда ездим на автомобиле, преимущественно к Волге, но это происходит нечасто, и мы всегда убираем за собой, когда приезжаем к Большой воде.
Ночлег по-русски
У велосипеда, конечно, есть и свои минусы. Зачастую поездка занимает весь световой день, и мы прибываем лишь для того, чтобы организовать ночлег и встретить прохладную тихую ночь под сиянием звезд и в лунном свете. В таких случаях первая ночь становится нетерпеливым ожиданием наступления утра и начала рыбалки.
Спать у костра в такую ночь, ворочаясь с боку на бок от озноба, не имеет смысла. Поэтому мы ставим палатку. Не современную, двойную, из новых материалов с пологом и «предбанником», подходящую для лета, а брезентовую, еще советских времен, в которой до утра будет тепло от печурки-буржуйки. Закипит в котелке густая похлебка, засветятся тонкие ломтики сала, звякнут стопки. За приезд!..
Теплые окуни
Унылая пора – это, скорее, восприятие городского жителя. Даже в пасмурную погоду перелески пылают золотом, а под низкими облаками сверкает вода. Река, хоть и остыла, но кипит жизнью, правда, она стала менее заметной. Редко взмахнет по воде мощный хвост, но иногда на мелководье начинается суматоха. Это окуни с азартом ловят мелкую рыбешку. Горбачи-матросы уже активны в предвкушении первого льда.
Мы оперативно подготавливаем спиннинги и пытаемся привлечь окуней с помощью белых и желтых вертушек, проводя их вблизи стаи, где они кормится, а иногда и непосредственно через бурлящую зону. Однако, окуни игнорируют летние приманки, а вместо этого, испуганные, уходят в сторону и в конечном итоге затихают. По всей видимости, они перемещаются в более глубокую часть водоема. Имитационный блеск металла в чистой воде не ассоциируется с живым, переливающимся телом пескарей и мальковых рыбок. Возможно, их не устраивает характер движения приманки или скорость проводки?
В общем, неплохо было бы поинтересоваться у опытных рыболовов, специализирующихся на ловле такой рыбы. Специалист, вероятно, сумел бы поймать здесь несколько особей, а мы, скорее, непрофессионалы, стремящиеся побывать повсюду и пробовать разные способы ловлиё.
У нас есть проверенная временем простая снасть. Мы достаем из чехлов бортовые удочки с жесткими кивками, ищем подходящие приманки в коробках и выходим на воду. Утренняя изморозь покрыла резиновую лодку, и как только она коснулась воды, сдулась, поэтому нам пришлось подкачивать ее, пока мы раскачивались на течении.
Под нами находится черная яма. Река, хоть и не отличается большой шириной, в некоторых местах выглядит как глубокое корыто с быстрым течением. Мы закрепились на достаточно просторном для этой реки участке, расположенном на границе пологих, заросших травой мест и ямы.
Удочка, установленная на борту, здесь не пригодится. Она не должна покачиваться, ожидая неспешной поклевки леща или стремительного удара серебристого язя. Белая зимняя блесна извивается змеёй в тёмной воде, погружается в иной мир, на дно, где ползают усатые раки, а из-за коряги ямная щука пристально следит за происходящим. Подъем удильника вверх, затем – вниз. Пауза… И так – снова и снова. Ничего.
И правда, словно замерзла безжизненная, ледяная вода, оставив позади веселые дни звонкого перволедья. Однако малая река не сравнится с широкими плато Волги, где рыба может свободно жить и размножаться. На малую речку можно приезжать, но при этом всегда уезжать без улова, не зная особенностей этого места и условий ловли. Кроме того, не всем нравится ночевать у реки с холодной водой.
Мы срываем якоря-кирпичи и перемещаемся к яме. Снова вспышки играют на поверхности, словно мальки, затем погружаются в глубину и, наконец, ощущается удар. Рука мгновенно реагирует на это живое соприкосновение-толчок, и на леске трепещет красноперый торопливый окунь, колючий и почему-то теплый. Возможно, по сравнению с прохладным воздухом.
Премудрые щуки
Иногда приходится обходить множество омутов и плесов вдоль берега со спиннингом, преодолевая немалые расстояния, но река кажется абсолютно безжизненной. Вот, похоже, подходящее место: окруженная камышами яма, где стоит и медленно вращается ледяная, спокойная вода. Зашумела леска, взметнулась и пошла блесна почти к противоположному берегу. Бульк… Пауза… Но не позволяешь обманке коснуться дна, ведь на нем может скрываться затопленный предмет?
Проводишь блесну, и кажется, что именно здесь должна быть щука: рядом с пожухлыми водорослями и камышами. Затем отправляешь её над ямой. Вода столь же безжизненна, и это вызывает ощущение холода. Сядешь, чертыхаясь, что опять предстоит лишь любоваться пейзажем.
Попробуй то, что попадётся… ну, не только то, что дано свыше, а всё, что есть. Вроде как станет теплее внутри, растает ледяная скованность. Да что, мол, нам нужно? В первый раз что ли возвращаться с пустыми руками?
Будто бы в подтверждение позитивного настроя, выглядывает солнце, и окружающее преображается. Отправляешь приманку вновь в свободный полет, но на этот раз не ждешь, чтобы поймать темную с зеленоватым оттенком корягу-топляк.
Блесна опустилась на дно. Неровными толчками, подмоткой поднимают ее и подтягивают к рыболову. Она, блесна, снова оказывается пустой, лишь с нитками водорослей. Яма, по всей видимости, чистая. Можно действовать решительнее…
Возвращение приманки стало напоминать танец над глубиной. Два оборота катушки…пауза… А то и подергиваешь нетерпеливыми толчками ее, пустое, неповоротливое, не способное соблазнить даже простую щуку. Себя как-то всегда труднее в чем-то обвинить. И вдруг на одной из остановок, при подъеме блесны и ее – ощутимая, упругая тяжесть, и леска уходит в сторону. Поклевка!..
Несмотря на небольшой размер щуки, ее вываживание требует осторожности: ведь это может оказаться последней пойманной рыбой в этом сезоне. Захват этой упругой и энергичной особи, даже обычной речной щуки, приносит ощущение радости.
Иногда даже искусная ловля, будь то приманка или хитроумная проводка, не могла завлечь осеннюю щуку в небольшой реке. Как-то раз это произошло и во время нашей велосипедной вылазки к этой реке. Опробовав блеснами все ямы вокруг, мы махнули на это бессмысленное занятие и с тоской уселись на берегу, глядя на манящую пробку, поблескивающую в рюкзаке…
День полностью раскрылся. Разорванные пухлые синие тучи, которые, казалось, вот-вот прольют дождем осенней печали, пропустили солнце, которое засияло ярко и сильно – как это бывает осенью в ясную погоду. Небо стало глубоким и голубым. И тут же на воде появились круги.
Не договорившись, мы взяли легкие удочки. Мелкая плотва-сорожка клевала оживлённо и часто, вероятно, тоже радуясь позднему теплу. Мы поймали немного рыбешек, подготовили живцовые снасти. Жерлицы-рогульки в этот раз мы не взяли с собой, поскольку их обычно устанавливают у травы, которая почти отпала.
Наши снасти представляют собой нечто необычное – сочетание кружка и зимней жерлицы. Однако в этих условиях они оказались вполне подходящими. Мы оттолкнули лодку и вышли на яму, где вода вращалась кругами. Разместили жерлицы и направились на берег. Теперь важно соблюдать тишину. Пока мы грелись на солнышке и наслаждались теплом осеннего дня, на темной воде внезапно появился белый флажок… Пора!..
Кружок колебался из стороны в сторону, погружался под воду, показывая перевернутой стороной и снова появлялся на поверхности. Над кружком беспомощно дрожал белый флажок. Подсечка! И теперь на леске порхает пятнистая щучка, искусно обходя приманки-блесны, но не выдержав живого, серебристого малька…
Сонный лещ
Охота на леща осенью на небольшой реке – занятие нечастое. В этот период он свободно и активно питается на волжских просторах. Зазвенит испуганно колокольчик «кольцовки», плавно прогнется сторожок, опустится и вдруг затрепещет резкими рывками. А в зеленой волжской воде, внизу под лодкой, уже блестит темным серебром бок осеннего, откормленного леща… Мечта…
Иногда среди однообразных, пасмурных дней неожиданно открывается яркий мир, пусть и на короткий срок, всего на неделю, и тогда могут произойти неожиданные события, даже связанные с небольшим водоёмом.
Выпали такие дни, и в этот раз. Мы применяли проводку, ориентируясь на край отмирающей растительности. Эта полоса травы являлась границей, бровкой, отделявшей мелководье от ямы. Рыбалка была увлекательной. Поплавок двигался по течению, периодически останавливаясь и погружаясь. Но мы учитывали наличие песчаной косы и намеренно позволяли крючку с червяком зацепляться за дно. Именно на этом импровизированном месте, слегка приподнятом над травянистым дном, происходили поклевки. И тогда, в солнечных лучах, преломлявшихся на воде, сверкала серебром сорога-красноглазка.
И сейчас все повторилось. Поплавок проделал привычный маршрут и остановился, как всегда, у косы. Однако в этот раз он не продолжил движение, а внезапно наклонился и скрылся под водой. На леске медленно и лениво тянулся крупный, словно утомленный осенний лещ…
