А рассудительный ум размышляет: «Проводить жаркие часы в тени ивы — это настоящее наказание. С бесчисленных листьев, свисающих с ветвей, на прогретое солнцем тело падают неприятные холодные капли». Показатели температуры воды в водоемах превышают тридцатиградусную отметку…
Спокойная гладь водоема, склоненные над водой плакучие деревья словно уступают место грядущим дням, возможно более благоприятным. И вновь я забрасываю удочку в тени листвы на берегу широкого потока, отправляя приманки в стремительные прохладные воды. Здесь гораздо выше вероятность выжить под палящими солнечными лучами.
Наиболее удачная рыбалка ожидается у берегов широкой реки. Она намечена на следующий день.
Переедание предпочтительнее недосыпания. Лишь к десяти часам до меня дошло, что и существование можно упустить во сне: «Что предпринять?» А дома делать нечего: супруга отправилась на работу, хозяйственные обязанности выполнены и перепроверены, настоящая рыбалка сорвана. И тянет на водоем…
Достичь можно лишь нетронутых водоемов, окруженных тихими плакучими деревьями из соседней деревушки. Эти места заселены рыбой и находятся под надзором. Защитников можно убедить при наличии достаточного количества ценного алкоголя, объем которого соответствует внутренним потребностям человека, осуществляющего охрану. В походную сумку помещаются две бутылки благородного вина.
Водяная живность, измученная зноем, стала вялой; чтобы выманить ее из зарослей водорослей, потребуется приманка с резким запахом. Кладу в сумку флакон духов «Красная Москва». Я читал когда-то о том, что гвоздичное масло предпочтительнее анисового для ловли карпа или сазана. В этих духах содержится именно это масло.
Беру с собой еще и инженерный инструмент – под плакучими деревьями отражается водная гладь реки Кубань, а ползающих существ можно без труда откопать во влажной почве лесных оврагов…
После обычного разговора с дежурным сижу у берега пруда, в тени плакучей ивы, но не под ее кроной, разглядываю рыжий стремительный поток кубанской воды, вытекающий из огромного трубопровода – в кирпичной камере насосной станции, возведенной на берегу реки Кубань. Работают двигатели…
На поверхности потока показываются странные караси и, проявив неожиданную отвагу, исчезают под бурлящей водой.
Два юных парня с удочками на плечах просят: «Позвольте нам порыбачить?» Местные мальчишки всегда добиваются разрешения отправиться на рыбалку. Сегодняшний день не является исключением…
Поплавки их рыболовных снастей уже колышутся на поверхности рядом с потоком воды, вырывающимся из водовода. Тесто для ловли они отделяют от половинки буханки черного хлеба. Поклевок нет.
Кусочки ржаного хлеба не привлекают и мой поплавок… «Необходимо срочно перебираться к реке, – размышляю я. – Возможно, стоит попробовать с ароматизатором на основе жидкости для протирания кожи – и тогда отправлюсь к реке…»
Несмотря на наличие рыбы, весом около двух килограмм, которая периодически поднимается над поверхностью водоема, сазаны отказываются брать приманку.
Неожиданно для меня, поплавок нередко погружается в воду из-за активности карасей. Это крупные и энергичные особи.
Когда я формирую обычный шарик из хлеба, активность рыбы прекращается. Я выявил закономерность клева.
Молодые рыбаки проявляют беспокойство и спрашивают: «Почему у вас есть поклевка, а мы не можем ее добиться?»
Я без слов передаю им небольшой шарик из хлеба, приблизительно размером с куриное яйцо.
Слышу их радостные вопли…
