Лесной урожай белорусских охотников

Изображение Лесной урожай белорусских охотников
Фото Белорусского ООиР

Сегодня уже никто не скажет, что белорусские лесные угодья бедны на диких животных. Принятые в свое время довольно жесткие и решительные меры позволили свести к минимуму браконьерство, а потраченные средства на восстановление биоразнообразия окупились сторицей. Более того, эта работа не прекращается и ныне, сохранение и защита животного мира остается одной из приоритетных государственных задач.

Немалую положительную роль в этом процессе играют охотники. Они как никто другой понимают необходимость бережного отношения к имеющимся ресурсам и заинтересованы в их сохранении и приумножении.

Проводимые ими охранные и биотехнические мероприятия способствуют тому, что ежегодно фиксируется рост поголовья основных охотничьих видов. В то же время уже не редкостью являются факты, когда квоты на лимитируемые виды к концу охотничьего сезона остаются не полностью выбранными.

Раньше такой «экономии» охотоведы только радовались. Больше животных осталось в лесу — больше будет приплод. Но всему свое время. Много — не всегда хорошо. Вот уже несколько лет серьезной проблемой для лесоводов является защита молодых посадок от потрав лосей и оленей. Наносимый вред и убытки по республике огромны. Профилактические мероприятия оказываются недешевыми. И это только аспект, связанный с конкретными копытными, а есть еще хищники — волки, рыси, медведи.

Похоже, пришло время актуализировать проблему и вспомнить, что дикие животные — это такой же восполняемый природный ресурс, как, например, лес. А учитывая, что объекты животного мира, обитающие в состоянии естественной свободы на территории Республики Беларусь, находятся в собственности государства, вопрос об их рациональном использовании в интересах всего общества вполне закономерен.

О том, какие могут быть перспективы более эффективного управления и использования охотничьих ресурсов, наш сегодняшний разговор с начальником отдела охотничьего хозяйства Министерства лесного хозяйства Александром Ивановичем КОЗОРЕЗОМ.

— Наследие конца 90-х – начала 2000 годов для охотничьей сферы было непростым. Тогда необходимо было навести элементарный порядок в лесу, наладить охрану, урезонить браконьеров, сохранить диких животных, определить правовые основы для охотничьей деятельности. Для этого были разработаны и реализованы соответствующие государственные программы. В развитие охотничьих хозяйств вкладывались бюджетные средства.

Основными целями были определены создание условий для максимального удовлетворения потребности граждан в охоте и развитие иностранного охотничьего туризма. При этом приоритетной оставалась задача сохранения и увеличения поголовья диких животных и их биоразнообразия. В целом можно сказать, что задуманное выполнено.

Например, если в 2000 году удельный вес доходов от иностранного туризма от общей суммы доходов охотхозяйственной деятельности составлял около 27%, то уже к 2012 году — более 50%. Но стоит отметить, несмотря на то что иностранные охотники продолжают являться значительным источником финансовых поступлений для многих охотхозяйств, эти доходы нестабильны и зависят от многих факторов.

Так, в 2019 году удельный вес доходов от иностранного охотничьего туризма в общей сумме доходов от охотдеятельности в системе Минлесхоза составил 27,8%, а в 2020 году снизился до 6,1%. В прошлом году этот показатель удалось довести до 14,1%.

Что касается численности диких животных, то благодаря организации и проведению комплекса охранных, биотехнических и охотохозяйственных мероприятий ежегодно фиксируется прирост всех основных охотничьих видов.

Для более наглядного понимания эффективности принимаемых сегодня мер можно вспомнить, сколько, например, обитало в Белорусской ССР лосей в 1952 году — 600–800 голов. В 1965 году — около 10 тысяч. К 1975 году — 26,3 тысячи. А по данным учета 2021 года, у нас их уже более 45 тысяч. При этом 10,3 тысячи из них — в хозяйствах системы Минлесхоза.

— А что можно сказать о доступности охоты для простых граждан?

— В стране около 100 тысяч человек имеют охотничий билет. Но активных охотников среди них меньше половины — порядка 48 тысяч. Это те граждане, которые оплачивают ежегодную госпошлину на право охоты. Объективно интерес к охоте снижается. Причин несколько. Первая — сельских жителей становится меньше, а городские, особенно молодежь, предпочитают «каменные джунгли» и выбирают иные виды отдыха. Старшее поколение уходит, а смены нет.
Вторая — это ценообразование.

Когда к нам массово поехали иностранные охотники, прайс для них формировали исходя из международной конъюнктуры. Понятно, что эти цены не выдерживали никакого сравнения с тем, что мог заплатить наш охотник. В итоге получилось, что многие нормируемые виды оказались для них малодоступны.

А когда еще мы видим сокращение ассортимента охотничьего снаряжения, товаров, рост цен, то уже не удивляешься, когда слышишь, как очередной охотник со стажем говорит, что он с охотой заканчивает, а ружье продает.

— Насколько мне известно, уже не первый год фиксируются факты, когда по окончании охотничьего сезона остаются невостребованными часть квот на лимитируемые виды. Предложение превышает спрос?

— Отчасти да. Каждый из наших граждан-охотников сегодня имеет возможность удовлетворить свою страсть к охоте. И хотя стоимость разрешений на лимитируемые виды для кого-то может быть высокой, охота на ненормированные виды доступна всем. Кстати, сейчас, в связи с резким сокращением иностранного охотничьего туризма, некоторые из хозяйств начинают снижать цены и на желанных для добычи многих копытных. Надеюсь, этот процесс будет повсеместным.

— Похоже, складывается уникальная для Беларуси ситуация. Охотничьих зверей в достатке, охотников, как своих, так и иностранных — уж сколько есть, и их потребность в охотничьей страсти вполне удовлетворяется. А что же с профильной экономикой?

— Таких консолидированных данных по республике пока нет. Но по результатам деятельности учреждений системы Минлесхоза, выручка от охотохозяйственного направления в 2021 году составила 7510,0 тыс. руб., в т.ч. от эксплуатации охотничьих комплексов — 1867,6 тыс. руб., от иностранного охотничьего туризма — 1056,1 тыс. руб.

Основными статьями расходов на ведение охотничьего хозяйства стали затраты на проведение биотехнических и охотохозяйственных мероприятий по сохранению и воспроизводству диких животных, содержание штатных работников (охотоведческой и егерской службы, обслуживающего персонала), аренду охотничьих угодий, техническую оснащенность, создание необходимой инфраструктуры. Затраты за этот же период составили 7463,6 тыс. рублей. Думаю, и у других охотпользователей похожие результаты.

Как видим, затраты и доходы практически равны. Поэтому аспекты повышения экономической эффективности ведения охотничьего хозяйства продолжают оставаться актуальными.

— В то же время подпрограммой «Охотничье хозяйство», которая входит в Государственную программу «Белорусский лес» на 2021–2025 годы», предусмотрено повышение фактической численности лося до уровня 100% от оптимальной численности, оленя благородного — 37%, косули — 80%. С одной стороны, это хорошо и говорит о возможностях охотничьих угодий.

Однако, если уже сегодня имеются невостребованные квоты на изъятие, целесообразность увеличения численности вызывает вопросы. Да и пресс, оказываемый дикими копытными, особенно лосями и благородными оленями на лесные насаждения, значителен. Может, пора начинать более активно применять промышленный отстрел?

— Вопрос более чем своевременный. По моим субъективным оценкам, в последние годы недоосвоенными оказывается до 30% от запланированных квот по копытным животным. Некоторые охотхозяйства пытаются самостоятельно решить эту проблему. Кто-то продает населению мясо дичины на кости или тушками, кто-то ищет переработчиков и делает консервы.

Однако все не так просто. Есть определенные трудности, связанные с исполнением ветеринарных правил, нужных объемов для консервных заводов, логистикой. Да и с востребованностью диче-мясной продукции у современного поколения имеются сложности. Отвыкли от натурального, непривычен вкус, запах дичины.

Если во многих европейских странах потребление красного мяса, считающегося деликатесом, ежегодно растет, то мы, к сожалению, этим похвастаться не можем. На сегодня нет у нас и статистики по реализации диче-мясной продукции.

— Старшее поколение еще помнит такие магазины, как «Дары леса», где можно было приобрести диче-мясную продукцию. И хотя культура потребления дичи многими забыта, уверен, что полезное диетическое красное мясо, да и дикой птицы, при наличии в свободной продаже, быстро бы вернули забытые предпочтения. Реально ли осуществить такую задумку?

— Вполне. Но надо понимать, что усилий одного только отдела охоты недостаточно. Необходимы скоординированные действия нескольких ведомств, отвечающих за охоту, ветеринарию, переработку, реализацию. Например, возможен вариант, когда в конце охотничьего сезона, когда видно, сколько осталось невостребованных разрешений, устанавливается неделя для промышленного отстрела. Охотпользователи закрывают квоты и поставляют добытые туши на определенные перерабатывающие заводы.

Таким образом, решается вопрос с квотами и необходимыми объемами для производства. Более того, можно продумать вариант, когда охотпользователям устанавливается план по сдаче товарной диче-мясной продукции. Это может быть особенно выгодно владельцам вольеров.

Кстати, практика проведения охот — товарных отстрелов довольно распространена в европейских охотхозяйствах. Да и нашими Правилами охоты предусмотрено: п.50. Перед началом охоты охотник (группа охотников) с согласия пользователя охотничьих угодий может принять решение об отказе от продукции охоты (или ее части) и о передаче этой продукции (или ее части) пользователю охотничьих угодий.

В этом случае пользователь охотничьих угодий заключает с охотником (группой охотников) договор, в котором определяются условия проведения охоты, использования продукции охоты и взаиморасчетов. Это выгодно обеим сторонам — охотник приобретает, как говорят, право только на выстрел, а хозяйство — право на продукцию.

В настоящее время отделом охотничьего хозяйства Министерства лесного хозяйства, УП «Белгосохота» ведется работа по сбору и анализу материалов, касающихся повышения эффективности использования охотничьих ресурсов нашей страны, включая переработку и реализацию диче-мясной продукции.

Как показывает практика, спрос на тушенку из мяса лося, олени, косули и даже бобра высок. Мы понимаем, что охотничьи животные — это природные и, самое главное, восполнимые ресурсы. Их рациональное использование, с учетом сохранения популяций и их биоразнообразия, должно служить на благо всего народа.


Источник