С наступлением осени деревня заметно обезлюдевает: дачники из Москвы возвращаются в город до весны, а зимовать в отдаленных районах остаются только постоянные жители или люди, работающие дистанционно.
Утром и вечером мимо моего дома неторопливо проезжает Женя-тракторист вместе со своей собакой Каратом — красивой лайкой, осматривающей местность и внимательно изучающей следы животных. Раньше Женя работал на тракторе в совхозе, теперь он на пенсии, но прозвище сохранилось.
Иногда я к ним присоединяюсь.
Карат ведет с мной общение, как с давним знакомым: я знаю его с самого детства, когда он был еще неуклюжим и забавным щенком, чьи веселые басовитые звуки пугали молодых женщин с детьми, к которым он с радостью пытался подружиться.
Женя настороженно относится к городу, поскольку не знает, что там происходит – там царит бесконечная суета и духовное смятение. Его восприятие напоминает главного героя рассказа Василия Шукшина «Срезал», где звучит призыв: «Люблю по носу щелкнуть — не задирайся выше ватерлинии! Скромней, дорогие товарищи»).
Небольшого роста, с крепким телосложением и хитрым прищуром маленьких, проницательных глаз, Женя не спешит с согласием, у него есть собственное мнение по любому вопросу: его поведение обусловлено не только независимым характером, но и жизненными уроками.
Он с юности увлечен охотой, и эта увлеченность сохраняется и сейчас. Прогулки с собакой для него напоминают разведывательную операцию для военного разведчика. В деревне нет человека, который лучше его знает, какие животные появлялись ночью на окраине нашей деревни на прошлой неделе.
Восточная Смоленщина – регион с глубокими воинскими традициями. В осенние месяцы 1480 года на реке Угре полки великого князя московского Ивана III одержали победу над армией хана Большой Орды Ахмата. Стояние на Угре стало формальным завершением монголо-татарского ига, а сам Ахмат вскоре был убит.
В 1812 году территорию региона посещал отряд, в котором служил известный поэт и гусар Денис Давыдов, также здесь действовали другие партизанские отряды, наиболее известным из которых было формирование, возглавляемое Василисой Кожиной, супругой деревенского старосты. 3 ноября 1812 года в сражении у Вязьмы авангард русской армии, которым руководил генерал Михаил Милорадович, нанес удар по отступавшим французским войскам и заставил их отступить.
Генерал Алексей Ермолов описывал эту битву следующим образом: «В Вязьме мы в последний раз столкнулись с вражескими войсками, которые своими победами вселяли страх повсюду и вызывали уважение даже у нас. Мы наблюдали мастерство их военачальников, дисциплинированность солдат и последние отчаянные попытки сопротивления. Однако на следующий день войск не было, и ничто не могло принести пользу их опыту и умению. Исчезла дисциплина, солдаты отказались выполнять приказы, их силы иссякли. Каждый из них, в большей или меньшей степени, стал жертвой голода, изнеможения и суровых погодных условий».
В 2009 году Вязьме было присвоено звание «Город воинской славы» в знак признания её заслуг в годы войны».
В октябре 1941 года здесь развернулись события Великой Отечественной войны, когда немецкие войска начали операцию «Тайфун» – стратегическое наступление на Москву.
Вблизи расположения, возле бывшей деревни Богатырь, первая в Красной армии батарея реактивных установок «Катюша» столкнулась со своим последним сражением, попав в засаду противника. О трагических событиях прошлого напоминает ныне могила командира знаменитой батареи, капитана Ивана Флерова, которому было 36 лет.
Развернулись действительно драматичные события: в октябре 1941 года в районе Вяземского котла в плен попали свыше 600 тысяч военнослужащих и командиров Красной армии, что, фактически, открыло путь на Москву.
В зимние месяцы 1942 года здесь была проведена Вяземская десантная операция, а весной окруженная под Вязьмой 33-я армия под командованием генерала Михаила Ефремова пыталась пробиться к своим, выбрав гибель вместо плена.
До лета 1942 года наши территории являлись партизанским краем, и немецким войскам не представлялось возможным установить над ними полный контроль. Значительную роль в этом сыграло присоединение к партизанам десантников, участников ефремовского восстания и конных отрядов под командованием генерала Павла Белова.
Смоленская область расположена в Нечерноземье, и на протяжении веков местные жители добывали средства к существованию тяжелым трудом.
Екатерина Андреевна Сорокова, односельчанка Жени, прожила все 93 года в нашей деревне. Все жители знали ее как тетю Катю – добрую, мудрую и тактичную женщину.
Перед началом военных действий в семье было одиннадцать человек, а также содержалось двалошадь, две коровы, бык и телёнок. С началом политики раскулачивания в хозяйстве осталось только одна лошадь.
Тетя Катя рассказывала:
«Якобы при Сталине жизнь была благополучной. Люди трудились с раннего утра до позднего вечера. Хоть какая-то плата была бы. Свинью забивали чаще, шкуру сдавали государству, как в те времена говорили: «Сталину на подметки»
По ее словам, доносители, не передававшие свиные шкуры, могли из-за сообщений односельчан оказаться в местах лишения свободы. Коров передали в колхоз, поскольку от каждой из них требовалось обеспечить сдачу государству 300 литров молока за летний период. Также из домашних кур необходимо было отдавать «оброк» в виде яиц.
С приходом оккупантов в 1941 году жизнь стала невыносимой: немецкие солдаты тщательно обыскивали дома в поисках продовольствия, даже разбирали полы. Екатерина Андреевна, которой в 1941 году исполнилось 21 год, вспоминала, что в деревне находились также финские солдаты, отличавшиеся особой жестокостью.
Однажды он приказал вывести ее вместе с матерью и сестрами на расстрел во двор, в гневе из-за того, что ему отказывают в желаемом. К счастью, женщин удалось спасти благодаря мимо проходившему переводчику. Выяснилось, что финскому солдату был нужен хомут, и он решил, что русские женщины его прячут (на самом деле в хозяйстве давно не было ни лошади, ни хомута).
Другим пришлось пережить куда более тяжелые времена: в расположенных неподалеку деревнях захватчики безжалостно убивали людей всех возрастов, включая стариков и детей. Тетя Катя вместе с другими юными девушками скрывалась в зимнем лесу, опасаясь, что немецкие солдаты могут захватить их и отправить в Германию, как это случилось с ее младшим братом.
Весной 1943 года эти земли были освобождены. По словам Екатерины Андреевны, сражения были крайне ожесточенными. Танки горели вокруг, нацисты подорвали мост через реку Угра, а советские воины переправились через реку для атаки на противника. В этих боях многие пали смертью храбрых.
Конфликт еще не отступил: иногда на огороде я нахожу гильзы от немецких карабинов Mauser 98k, а однажды жена обнаружила возле дома боеприпас, в связи с чем пришлось вызывать специалистов-саперов из Смоленска.
После распада Советского Союза колхозы и совхозы были упразднены, поля заброшены, а близлежащие леса заметно погустели. Вспоминаешь, как в те годы советские партизаны прятались от фашистов, и невольно проявляешь уважение к их подвигу.
В лесу заметно увеличилось количество диких животных. Когда я отправляюсь за грибами, я всегда беру с собой спортивный свисток, так как не исключена встреча с крупными животными, которые не любят резкие звуки. Несколько раз этот свисток оказался очень полезным.
Зачастую мне приходилось наблюдать, как зайцы перебегают дорогу, а лисицы неторопливо передвигаются по ней. Летом на полях можно увидеть аистов, которые кормятся, однако в России к востоку от Смоленской области они не гнездятся. На местных реках обитают бобры, активно повреждающие деревья и строящие плотины.
Иногда в деревню заходят дикие животные.
Однажды во время завтрака я заметил в окне необычную картину: к местной свалке неспешно направлялся молодой олень. Это зрелище было бы достойным фотографии, однако, к сожалению, кто-то напугал животное, и оно скрылось. Тракторист Женя рассказывал, что однажды видел, как два лося гуляли по селу и, играя, стучали в окна домов.
Карат способен предчувствовать незваных посетителей издалека. Лайка – это собака, созданная не только для помощи охотнику, но и как верный товарищ.
В прибайкальской тайге мне довелось наблюдать за работой лайки. В тот раз нас разделили на три группы, двигавшиеся по разным маршрутам, удаленным друг от друга на десять-двадцать километров. На протяжении всего пути за нами следила Вега – собака местного охотоведа и руководителя экспедиции.
Из ночной темноты она появлялась, подходила к костру и внимательно осматривала всех присутствующих, будто проверяя их количество, после чего бесшумно удалялась, как будто для доклада кому-то.
Карат – собака с умом и азартом, и его владелец часто берет его на охоту, в частности, на куниц, которых лай этой породы способен взбудоражить. Однако, Женя жалуется, что сейчас дела обстоят не так хорошо, как прежде: по его словам, в советское время за шкурку платили достойно, и он сдавал их целыми десятками.
Несмотря на то, что на «серых» хищников выделялись и продолжают выделяться значительные финансовые средства, обнаружить их сейчас крайне сложно.
— У нас волки больше не встречаются, — делится Женя, когда мы останавливаемся для короткой паузы: мой собеседник предпочитает курить в спокойной обстановке.
Медведи также присутствуют, и их популяция постоянно увеличивается — в среднем на 100 особей ежегодно: в настоящий момент на Смоленской области насчитывается 2381 медведь.
Близость к дикой природе таит в себе опасность. В июне текущего года в расположенной неподалеку деревне медведица, защищая медвежат, совершила нападение на людей, собирающих землянику в лесу. Один из ягодников получил серьезное ранение от удара лапой, однако, к счастью, без серьезных последствий.
… Стемнело, мы все трое заметно устали от прогулки, но остались довольны – нас ждет тепло домашнего очага и вкусная еда. Я попрощался с Женей и Каратом и направился к себе, чтобы растопить оба камина и выпить чаю.
Завершился очередной день в жизни сельского жителя.
