Рыбацкие рассказы. Плотва над дном

Изображение Рыбацкие рассказы. Плотва над дном
Фото авторское

Все началось с того, что на предыдущей рыбалке на Волге сломался эхолот. С утра он показывал метровый слой рыбы на дне. Было впечатление, что рыбы лежат и спят одна на другой, прибор пищал как счетчик Гейгера в Чернобыле

Обрадованные мы опустили снасти в воду, но постепенно наша радость стала улетучиваться. Рыбы наверное действительно спали. За день мы не увидели ни одной поклевки. А вечером ко всему прочему у эхолота пропало изображение.

Чтобы компенсировать неудачу на следующий день решили ехать подальше – на север Тверской области. Там рыба не настолько капризна и можно было на что-то рассчитывать. Сказано сделано. Ночью поезд притормозил, высаживая нас, на заброшенной платформе посреди леса. А впереди еще предстоял семикилометровый бросок через лес к озеру.

Нагруженные палатками, снаряжением и прочими атрибутами рыболовного спорта, с трудом продираясь через лес, к утру мы вышли на берег водоема. Просверлив несколько лунок и измерив в них глубину, определились с местом ловли. Постепенно стал наступать рассвет, небо начало терять свою бездонно-пугающую черноту, которая начала растворяться как пятно мазута в чистой воде. И медленно круг видимости, до этого ограниченный двумя-тремя метрами стал расширяться, выхватывая из темноты все новые и новые очертания озера и стоящего на берегу леса. Через час будет совсем светло. Вот опущена прикормка на дно, можно и осмотреться.

Изображение Фото авторское
Фото авторское 

Рассвет принес первые робкие поклевки. Но после пяти подлещиков ладони в полторы насадку атаковали полчища мелкой плотвы. Не успевала мормышка коснуться дна, как на ней тут же висла плотва размером с палец. Смена лунок не принесла никакого результата. На десять пятнадцать плотвичек попадался один приличный подлещик. Но короток зимний день. Небо начало сереть, предвещая скорые сумерки и ночь. Шли вторые сутки без сна.

Одну ночь мы были в пути, вторую надо было коротать на льду. А проблема состояла в том, что на льду в отличие от Волги плескалось сантиметров 30 воды. Спать зимой по уши в воде, сами понимаете, сложно. Я сгреб со льда снег в кучу и на получившейся платформе поставил палатку. Ночью еще пытался ловить, но клевали исключительно одни ерши. Оставив удочки до завтра, залез в спальник и сразу же уснул. Проснулся от холода. Была оттепель. За ночь снежную платформу под палаткой размыло, а сверху еще вдобавок пошел дождь. Палатка промокла насквозь, а спальник плавал в луже.

Поймав с утра те же пять подлещиков, я опять начал дергать мелкую плотву. Не дожидаясь массового наплыва этой заразы, сразу ушел на самую глубокую лунку. Но насадка не дошла до дна полтора метра и остановилась. После контрольной подсечки вынул все ту же плотву с палец. Да, теперь ты не даешь насадке даже опуститься на дно. При втором забросе все повторилось. Мормышка остановилась в полутора метрах над дном и на ней повисла рыба с палец. С третьего заброса удалось пробить слой мелочи и опустить мотыля на дно. Как только это произошло, поплавок тут же всплыл. После подсечки на леске почувствовалась приличная тяжесть.

Изображение Фото авторское
Фото авторское 

Аккуратно перебирая леску, я вытянул на лед подлещика около восьмисот грамм. Второй, раз пробив слой малька и положив насадку на дно, вытащил второго. Дальше плотва начала брать со дна, не останавливая наживку в толще воды. Еще не осознав догадку, я схватив снасть побежал в другое место. На третьей лунке, мормышка остановилась в метре над дном. Пробив слой плотвы, снасть опустилась на дно, и сразу же последовала поклевка крупной рыбы. Так вот оно, что. Там где стоит крупная рыба, она вытесняет мелочь вверх. А если крупной рыбы нет, то мелочь стоит на дне. Дальше ловля пошла успешнее. Обойдя несколько лунок мы находили место, где мелкая рыба хватала насадку над дном и пробив слой мелочи, опустив наживку на грунт сразу вытаскивали крупную рыбу. За этот день мешки для рыбы значительно пополнились.

Изображение Фото авторское
Фото авторское 

Но вот подошел к концу и второй день. Обратный путь был труднее. В рюкзаке лежала насквозь мокрая палатка и такой же спальный мешок. В общей сложности килограмм десять просто воды. Забегая вперед, скажу, что палатка, чтобы высохнуть, потом четыре дня сохла дома на батарее. Да плюс к этому килограмм пятнадцать пойманной рыбы. С трудом передвигая ноги, несли мы тяжесть груза за плечами, отдыхая каждые двадцать минут. Вот уже сняты все свитера и на теле под бушлатом осталась одна тельняшка, мокрая насквозь. А время постепенно поджимало. Пришлось увеличить темп, чтобы не опоздать на поезд. От такой нагрузки очертания предметов вокруг постепенно поплыли.

Мы шли и видели только тропинку перед нами. Шаг, другой, шаг, другой все внимание, как на ударах метронома сосредоточилось на них. В одном месте стоящая, у тропинки коряга, показалась прыгнувшим на меня зверем. От усталости и напряжения, я даже увидел не только его самого, но самое главное, даже его движение. Что-то похожее на крупную собаку присело и прыгнуло на меня. Инстинктивно отшатнувшись, я автоматически выхватил из валенка финку, готовый к обороне. И только через несколько секунд понял свою ошибку.

Тем не менее, к платформе мы вышли во время. Скоро пришел и поезд. Покачиваясь в вагоне под перестук колес я задумался, а зачем же все-таки носит нас по всему свету, изматывая порой от предельных нагрузок до потери сознания. И как всегда ответ остался где-то там за пределами этого сознания. Да и кто из туристов, рыбаков, охотников ответит точно на этот вопрос? Но проходит время и опять уносит нас ветер странствий в другие края, подвергая здоровье, а порой и жизнь, риску от противоборства с дикой природой. Но сколько непередаваемых ощущений это несет? Сколько есть, чего вспомнить? И мне кажется, оно того стоит…


Источник