Страшный напарник. Охота с кровожадной собакой-эпилептиком

Изображение Страшный напарник. Охота с кровожадной собакой-эпилептиком
Фото: 1zoom.ru

Не стоит ездить на охоту со случайными или малознакомыми людьми. Эта нехитрая истина почему-то доходит до нас только после приобретения некоего отрицательного опыта. Опыт этот редко приходит весь и сразу, чаще накапливается от случая к случаю. Об одном таком случае и хочу рассказать

В ту весну никаких особенных планов не было. Брат Лёша, постоянный спутник и известный гуселюб, уехал на охоту в Сибирь. Поэтому когда позвонил Андрей и похвастался, что купил новый Лендровер и готов отправиться на нем на охоту, со мной в качестве компаньона, согласился, не особенно раздумывая. Мы не были близко знакомы, встречались несколько раз на совместных охотах.

Молодой, начинающий охотник, спокойный и уверенный в себе парень. Рвался он непременно на озеро Верестово, мы с ним там уже были в одной компании и ему очень понравилось. Одним словом сговорились, обсудили какие-то детали, назначили время. Недоразумения начались ещё до отъезда. На место планировалось приехать утром, и встречу я назначил на три часа ночи у моего гаража. Но Андрей позвонил в четвёртом часу предыдущего дня и с возмущением сообщил, что уже давно на месте сбора, а меня всё нет. Кое-как объяснил, что три это не пятнадцать и время в пути соответственно не полсуток, а несколько часов. Андрей, кстати, сразу признал ошибку и уже в три ночи мы встретились, как положено.

Новый Лендровер оказался совершенно пустой. То есть помимо всяческого лагерного и охотничьего оборудования, мне пришлось переложить из своей машины даже инструмент и переноску. Зато Андрей взял с собой собаку. Молодой кобель западно-сибирской лайки по кличке Байкал вместе с моим лабрадором Шико водрузился поверх разложенных ровным слоем вещей в багажнике, коим стал весь салон со сложенными задними сиденьями. По дороге Андрей поведал, что лайка эта вроде как его, но живёт у его родителей, которые и занимаются воспитанием. И пришло время приобщить пса к охоте.

Странное было решение, учитывая сезон, но мне, в общем, было все равно. Главное, что они с моим лабрадором не проявили друг к другу враждебности и спокойно разлеглись по разным углам. Правда, довольно скоро выяснилась одна неприятная деталь. Байкал был эпилептиком. И первый припадок случился уже в дороге. Я, честно говоря, раньше такого не видел. Пес бился в конвульсиях, завывал и разбрызгивал пену, катаясь по салону и переворачивая все вверх дном.

Шико, он тоже такого не видел, вжался в свой угол и жалобно вопрошал взглядом: «Папа, куда мы попали?». Пришлось остановиться. Закончился припадок довольно резко, собачка затихла, потом села, облизнулась и вернулась в нормальное состояние.

Дальнейший путь прошёл без эксцессов, не считая момента, когда Андрей не без гордости сообщил, что указатель уровня топлива показывает, что этого топлива осталось на километр пути. Но тут, к счастью, подвернулась заправка. Не доезжая Бежецка заехали к моему старому приятелю Сёме. Даже уже не помню зачем. Сёма живёт в деревне на берегу Мологи, он перебрался туда из Москвы потому, что очень любит охоту и рыбалку. Сёма предложил остаться у него. Дичи и тут полно, а жить в доме несравненно комфортнее. Но Андрей уперся, мол, хочу на Верестово.

В общем, ещё заехали за путёвками, пополнили продуктовые запасы и прибыли на «своё» место где-то днём. Соорудили лагерь, распаковались, приготовили еду. Заехал директор хозяйства, в то время это был мой хороший знакомый, и сообщил, что на этом участке берега кроме нас никого нет. Это была уже отличная новость, поскольку на весенней гусино-утиной охоте ничто так не вредит охотникам, как присутствие других охотников.

Приехали мы на неделю, поэтому решено было не торопить события, с утра посмотреть, где и что летает, где и что садиться, где можно обустроить скрадки, высадить чучела, поставить профили и так далее. Хорошая подготовка на такой охоте главный залог успеха. Спать Андрей собрался в машине, а я поставил себе в шатре раскладушку, постелил тёплый коврик для своей собаки. Ночевать на холоде нам привычно, и всё давно продумано. Как обустроится Андрей со своей собакой, я не поинтересовался и, видимо, зря.

Есть у меня убеждение, что поскольку плохого и хорошего всегда примерно поровну, то если все сразу идёт гладко, то жди неприятностей. А если сразу что-то не заладилось, то надо просто преодолеть трудности и дальше всё будет хорошо. Поэтому спать ложился относительно спокойно и без дурных предчувствий. Проснулся я среди ночи, от того, что меня окликнули по имени. Андрей сидел на краю раскладушки. Спросил спросонья, что-то случилось? В ответ сдавленным голосом: «Саша, помоги!».

Включил фонарь. Андрей сидел опершись локтями на колени и руки у него были в крови. То есть они не были испачканы, кровь струилась по кистям и капала с кончиков пальцев. На вопрос, что произошло, ответил: «Покусала собака».

Аптечки у него в машине естественно тоже не оказалось, поэтому я обмыл ему руки водкой и обтёр туалетной бумагой. Потом нарвал полос из старой чистой простыни (всегда вожу такую в сумке), перебинтовал и сверху все скрепил изолентой. Прокушены у него были обе ладони в нескольких местах. Пока всё это делал, он рассказал, что когда ложился спать, позвал Байкала в машину, но тот не пошёл. Оставил его на улице, лёг. А среди ночи пёс начал скрестись в машину. То есть начал карябать когтями дверь новенького чёрного Лендровера. Андрей открыл дверь и позвал пса, но тот опять остался на улице. И так повторилось, по его словам, несколько раз. В какой-то момент его терпение лопнуло, и он вылез и попытался закинуть собаку в машину. И тут случилось то, что случилось.

Он не сказал этого, но я подумал, что возможно побил пса предварительно. За обсуждением произошедшего посидели ещё немного, хлопнули по рюмашке и разошлись спать. Остаток ночи прошёл спокойно. А утром Андрей заявил, что хочет в больницу, показать руки врачу. Я засомневался, сможет ли он рулить, но он сказал, что сможет и уехал в Бежецк.

Вернулся через пару часов с аккуратно перебинтованными ладонями, одни пальцы торчали, и пешком. Машину засадил в поле неподалёку. И сразу заявил, что необходимо возвращаться домой. Это было как удар серпом, ну вы сами знаете куда. Я пытался уговорить его остаться, обещал освободить от всей грязной работы. Убеждал, что всё не так страшно, раны его обработаны, пальцы шевелятся нормально, наверняка сможет стрелять, надо хотя бы попробовать. Что можно ездить на перевязки регулярно, а при необходимости сможем уехать в любой момент. Но всё было бесполезно. Андрей говорил, что под бинтами ужас ужасный, ладони распухли, болят и хоть собака привита, но может быть заражение.

В общем, я сдался. Дальше я позвонил Сёме, объяснил ситуацию, попросил приехать вытащить из грязи машину. У Сёмы, надо сказать, целый парк всякой вездеходной техники. Но приехал он на Геленде. И его тоже посадил. Пришлось Андрею идти искать трактор. Мы тем временем собрали лагерь и вещи перетащили в машину. Сёма заодно не упустил возможности похвастать своим новым карабином. Это был Маннлихер 223го калибра буллпап. Вообще-то Сёма очень неплохой охотник, но совершенно неправильный. Правильные способы не для него. И аншлаг с надписью «Охота запрещена» возбуждает его примерно, как запах дупеля возбуждает легавую собаку. А карабин он взял, что бы при случае пальнуть по гусям, если те попадутся где-нибудь недалеко от дороги.

Через некоторое время вернулся Андрей с трактором, машины были благополучно вытащены из грязи и стояли на твёрдом грунте недалеко от асфальта. Осталось только сесть и ехать. Андрей подозвал Байкала, открыл дверь машины и скомандовал: «Вперёд!».

Собака осталась на месте. Попробовал посадить в другую дверь и тоже безуспешно. Ещё какое-то время он уговаривал пса, подталкивал его коленями, боязливо поджимая перебинтованные руки, звал из машины к себе. Всё безрезультатно. Байкал не желал садиться в машину. И тут Андрей говорит: «Саша, посади, пожалуйста, собаку в машину».

Мне такая просьба почему-то сразу не понравилась и я спросил:

— Андрюша, ты понимаешь, о чём просишь?

— Да, понимаю, но что делать, ехать-то надо…

Некоторое время я обдумывал, как лучше провести эту операцию. Настроение было не весёлое, и церемониться с псиной, испортившей охоту, я не собирался. Да и возможный ущерб надо было как-то минимизировать, быть покусанным как Андрей мне совершенно не хотелось. Поэтому было решено просто закинуть упрямое животное через верхнюю створку задней двери, предварительно закрыв все боковые двери. После чего я пригнусь, а Андрей, стоя рядом, быстро захлопнет эту верхнюю створку.

Заняли исходные позиции, подозвали Байкала. Улучив момент, я схватил его двумя руками за шкуру на холке и на крестце. В ту же секунду собачьи зубы впились мне в руку повыше запястья. Но морально я был к этому готов, и, не ослабив хватки, с утроенной от боли силой поднял пса и забросил в машину аж к спинкам передних сидений. И в этот момент что-то пошло не так. Я пригнулся, но створка двери не закрылась, а пёс моментально бросился к выходу. Я был под створкой и, распрямившись, схватил её рукой, чтобы захлопнуть , но собака, явно опережая меня в скорости, была уже у самого выхода, намереваясь проскочить в щель между мной и бортом машины, и я выставил локоть свободной руки навстречу.

Байкал куснул меня за локоть и метнулся к другому борту. Я отпустил дверь и выставил другой локоть, и опять получил укус. В результате я оказался спиной к собаке с расставленными в стороны локтями, блокируя ей выход, и следующие несколько секунд собачьи зубы смыкались на моей спине и плечах со скоростью швейной машинки от одного локтя до другого.

Как током ударила мысль, что если зверюга доберётся до шеи мне совсем несдобровать и, закрыв шею сзади ладонями, я бросился вперёд буквально, спасая свою шкуру. Но не тут-то было. Взбесившаяся тварь прыгнула мне на спину, и я повалился на землю. И даже когда я упал, собака, похоже, не собиралась останавливаться, с глухим рычанием продолжая грызть мне лопатку.

Спас меня мой лабрадор. Шико один бросился на помощь и сбил лайку с моей спины. Поднимался я очень медленно. И как-то тихо было вокруг. Шико стоял рядом и лизал мне руку, по которой сочилась кровь. И чёртов Байкал стоял тут же, в паре метров, смотрел на меня как ни в чём не бывало и даже, казалось, повиливал хвостом. Андрей стоял метрах в пяти от машины, опустив голову и не поднимая глаз. Он просто отскочил в решающий момент, когда увидел, что собака бросилась к выходу.

Я шагнул к Сёме, застывшему, с обалдевшими глазами, но он почему-то попятился, закидывая карабин подальше за спину. Постояли немного в полном молчании. Потом глядя на Андрея я сказал что-то вроде:

— Мне кажется, сегодня кто-то сдохнет.

— Да-а,- шумно выдохнув, протянул Сёма. — Такая тварь не должна жить…

— Да-да, конечно, я понимаю… — бормотал Андрей, не глядя на нас, и всё так же не поднимая голову.

Постояли ещё немного, покурили. Было какое-то редкое и неприятное ощущение мгновенного перемещения в иную реальность. Как будто что-то изменилось раз и навсегда.

– Байкал, ко мне! — позвал Сёма, направляясь к кустам на берегу озера. И Байкал, уже весело виляя хвостом, побежал за ним.

– Ошейник сними, потом… — попросил Андрей.

Через пару минут они скрылись за небольшим бугорком. Когда раздался выстрел, я почувствовал себя гораздо лучше. А после второго мне стало просто хорошо. А после третьего я прямо-таки испытал чувство глубокого удовлетворения. Никогда такого от себя не ожидал. Сёма хороший стрелок, но буллпап явно для чего-то другого.

Вернувшись, он бросил в машину ошейник и мы поехали. Опять заехали к Сёме, Андрей что-то там забыл. Я остался в машине. Настроение было отвратное, покусанные места саднили и кое-где противно прилипла к спине рубашка. Куртка на мне была довольно плотная и не все укусы оказались проникающими. Как потом выяснилось — больше было синяков и ссадин. Куртку я даже не снимал, не пытался оценить повреждения и только перевязал запястье. Теперь уже я сам хотел домой. Прождав минут десять, зашёл в дом и обнаружил Андрея спокойно пьющего чай. Выглядел он уверенным и невозмутимым, как и прежде.

— Мне показалось, ты домой торопился?

— Да чего уж там, куда теперь спешить, — отвечает.

Я уже был не в настроении, а тут просто начал закипать, но постарался по возможности сдержанно напомнить, что меня тоже некоторым образом покусала его собака и мне бы тоже не помешала небольшая медицинская помощь. И тут Андрюша выдал:

— А ты сам виноват. Знал, на что шёл!

В этот момент мне самому захотелось его укусить. Я двинулся на него, но Сёма так проворно выразил своё несогласие с очередным кровопролитием, что оно, к счастью, не состоялось. До Москвы мы доехали, не обменявшись ни словом. Расставались тоже молча. Спустя некоторое время он зачем то звонил мне, но я не ответил.


Источник

Loading