Охотнику, приехавшему из другого места, обычно сопутствует местный житель, представитель коренного населения. Это связано с рядом факторов, однако ключевым является то, что опытный местный охотник обитает в районе охоты и хорошо осведомлен о поведении животных в зависимости от времени года. К сожалению, таких знатоков даже среди местных жителей становится все меньше.
В ситуациях, когда приходится выслеживать раненого зверя в труднопроходимой местности, шестое чувство играет особенно важную роль. Именно благодаря этому чувству мне не раз удавалось отслеживать лося, марала и козерога, которые уходили на значительные расстояния от места, где был произведен выстрел.
Как транспортировать раненого медведя? Многие охотники в курсе, каким опасным может быть этот зверь, если он ранен. Однако доставить подранка – это вопрос охотничьей порядочности. А правильно сделать это, не рискуя собственной жизнью, под силу лишь тому, кто понимает поведение зверя, кто способен, как говорят, почувствовать его. Это наглядно продемонстрировалось однажды, когда мы вместе с моими проверенными проводниками не торопясь двигались вперед и транспортировали зверя, в то время как многие предпочли вернуться домой или к автомобилю.
Мы отправились на охоту за колымским лосем в Якутии. Двое американских охотников смогли добыть трофейных лосей уже в первые два дня. Третьему же не сопутствовал успех. Он был старше своих спутников (возраст 65 лет). Он много ходил, высматривал лосей, даже сделал попытку выстрела по одному из быков, но не попал. В конце концов, я решил присоединиться к нему, чтобы помочь наладить взаимодействие на охоте. Ранее у него с егерем не получилось договориться о допустимой дистанции для выстрела по лосю. Итак, мы троим двинулись по охотничьей тропе. Примерно в километре-полтора от лагеря в бинокль был замечен силуэт лося. Мы начали тихо подкрадываться к зверю. Естественных укрытий на пути не было, и мы осторожно продвигались друг за другом прямо на лося.
В период гона лосей (вторая половина сентября) я осознал причину, по которой наш проводник Федор, якут по происхождению, выбрал прямой путь к животному. Я всегда стремлюсь понять действия опытных местных охотников в разных ситуациях. Вскоре стало известно, что впереди находилась самка лося. Однако нам был необходим трофейный самец с рогами. Поскольку во время гона самка часто находится рядом с самцом, следовало продолжить осторожное приближение. Вскоре я услышал впереди странные звуки.
Когда я сопровождаю охотника егерем, я всегда иду позади, чтобы клиент мог не спеша выстрелить, если зверь неожиданно выйдет на дорогу. Звуки, о которых идет речь, исходили от нашего проводника. Федор, словно опытный следопыт, начал подражать звукам, издаваемым самкой лося. Благодаря этому наша группа, состоящая из трех человек, бесшумно приблизилась к лосихе на расстояние тридцати-тридцати пяти метров. При этом корова немного отошла в сторону, когда мы оказались совсем рядом, и продолжала спокойно пастись, обрывая верхушки тальника. Вероятно, благодаря звукам, которые воспроизводил Федор, она не восприняла нас как угрозу.
Самым захватывающим моментом стал последний день, когда Федору удалось заманить к себе крупного рогача, хотя надежда на успех уже почти угасла. Огромный бык, двигавшийся неторопливо на расстоянии четырехсот метров от Федора и охотника, был развернут и выведен на удобную для выстрела дистанцию благодаря знакомым полугрудным, полуносовым звукам. Крупного зверя удалось успешно добыть.
На моих первых охотах на марала в Хакасии по системе «реву» меня поразило высказывание одного из местных проводников. Он утверждал, что во время такой охоты следует двигаться быстро и решительно, при этом ломая ветки деревьев. В то время я не понимал, что эти действия служат для имитации поведения самца во время гона, который, приближаясь к сопернику, демонстрирует ему свою силу и готовность к поединку. До этого момента я придерживался убеждения, что к дикому животному следует подходить максимально тихо. Я постоянно оттачивал это умение на охотах. Однако, мне пришлось кардинально изменить тактику подхода. Откровенно говоря, это оказалось непростым испытанием. Издавать шум было легко, гораздо сложнее было осознать, что именно это необходимо для успешной охоты. Но со временем я все же освоил этот метод и смог впоследствии передать его другим охотникам, не имевшим опыта сближения с маралом на столь короткое расстояние.
Участие в охоте в качестве наблюдателя – это одно, а создание охоты – совсем другое. Когда вы понимаете психологию поведения животного в определенный период, вы начинаете воспринимать все иначе, как бы изнутри, становясь частью природы. Погружаясь в эти ощущения, вы перестаете замечать все вокруг, кроме окружающего мира и вашего объекта охоты. Как только вы преодолеваете этот рубеж, ваши чувства становятся более острыми. И в этом случае успех зависит лишь от того, насколько вы смогли раствориться в животном и растительном мире. Вы сразу чувствуете ветер – это важно для определения оптимального направления подхода к зверю. Вы не преодолеваете препятствия, а, скорее, обходите их. Вы скользите, как змея, между кустами, деревьями и поваленными стволами. Перемещаетесь с камня на камень, словно рысь или пантера, при этом постоянно осматриваясь.
Книги Валерия Юрьевича Янковского существенно помогли мне разобраться в природе и понять ее суть. Такие произведения, как «Нэнуни четырехглазый» и «По следу тигра», не оставили меня равнодушным. Особенно впечатляющим было его описание охоты на тигра, которое побудило меня к попытке восприятия живой природы на глубинном, подсознательном уровне. Именно после прочтения этих книг я осознал, что без единения с природой ее невозможно постичь. И этот процесс должен происходить на уровне подсознания. В этом и кроется основная трудность для людей, живущих в современной цивилизации. Ярким примером, иллюстрирующим это, является рассказ корейских следопытов, который мне поведал сам Валерий Юрьевич Янковский. Они стремились поймать пятнистого оленя для получения пантов и потомства при разведении в небольшом домашнем вольере.
Оленя они хотели заполучить исключительно живым. Поэтому они начали преследование самца-панты по непротоптанной лесной тропе, отказавшись от оружия и взяв с собой лишь небольшой рюкзак с ограниченным количеством провизии. Подумайте сами: смогли бы вы, без единой помощи, поймать этого оленя голыми руками на пятый-шестой день охоты в лесах, горах, болотах и на лугах? Маловероятно… А они справились. Без применения своего опыта, охотничьей смекалки и поддержки высших сил это было бы нереально.
Современные научные исследования позволяют предположить, что охотники использовали интуитивные способности, или, другими словами, шестое чувство.
Имея за плечами опыт подобного незаметного приближения, я неоднократно подходил на небольшое расстояние к диким животным. С одной стороны, это вызывало у меня интерес, а с другой – я стремился отработать это умение, подобно соколу, который иногда сбивает голубей в полете лишь для тренировки. К тому же, мне нравится запечатлевать живую природу на видео- и фотопленку, поэтому, когда охота не удается, я использую возможность снять животных.
В этом отношении можно выделить два показательных примера. Однажды я приблизился к группе маралов, в которую входили три самки и два молодых теленка. Это произошло в Хакасии в 1997 году. Во время подъема по извилистому скалистому хребту я заметил группу маралов, мирно лежащих в небольшой низине. Мне требовалось подойти к месту, где находились животные. Я обрадовался: это дало бы возможность понаблюдать за красивыми созданиями с небольшого расстояния. Ветер был попутным, он не дул в мою сторону. Перемещаясь между камнями и поваленными деревьями, я добрался до небольшого скального выступа. Мое изумление было велико, когда, осторожно выглянув из-за камней, я увидел отдыхающих животных буквально перед собой, в десяти метрах! Я не торопясь достал видеокамеру и сделал отличные снимки крупным планом.
Встретился мне и другой случай, который потряс даже закаленных горских охотников. Это произошло в Северной Осетии (Алании). Мне была дана возможность добыть трофейного самца дагестанского тура. Однако в этот раз с самого начала поездки меня преследовали неудачи. Перед тем, как отправиться в горы с проводниками, я заболел каким-то вирусным заболеванием. Пришлось, как обычно, мобилизовать все силы организма, чтобы справиться сначала с болезнью, а затем и с физическими нагрузками в горах. Мы планировали уйти в горы на два-три дня. Состояние мое было крайне тяжелым: чувство слабости в мышцах, затрудненное дыхание. А предстоит подняться на высоту до 3000 метров, да еще и в условиях каменистых склонов, характерных для Кавказа.
Я не имел права отказаться от этого похода, поскольку его организовали специально для меня. За десять лет активной работы в различных климатических зонах России и СНГ я приобрел значительный опыт, однако в тот раз наиболее важным оказалось умение мобилизовать все внутренние ресурсы. Человек способен долгое время обходиться без еды и воды, подвергая свой организм серьезным нагрузкам и практически лишаясь сна. При этом он может переносить все это, даже если у него насморк или инфекционное заболевание, и все это – в течение нескольких дней. Но только при условии наличия сильной воли.
Необходимо непрерывно совершенствоваться, стремясь к приобретению новых знаний, чтобы успешно достигать поставленных задач. Именно так я приблизился к группе туров, находящейся на расстоянии 25–30 метров, и записал качественное видео. В 2005 году, во время пребывания в Якутии, мне удалось приблизиться к лосю на 15 метров и сделать около 20 фотографий. При этом я находился на открытой местности, однако настолько гармонично вписался в окружающий ландшафт, что лось не обратил на меня внимания.
Согласно теории альтернативного зрения, уже имеющей практическое применение, люди, утратившие зрение, начинают воспринимать окружающую действительность практически аналогично зрячим. Этот факт кажется невероятным, но он подтвержден. В одной из телевизионных передач показали, как молодой человек, потерявший зрение, уверенно протягивает руку для приветствия входящего в комнату или берет чашку за небольшую ручку. В той же передаче врачи, выступающие против данного подхода, высказывали свое мнение. Однако дополнительное подтверждение этой теории я получил от моего друга, чей отец, полностью потерявший зрение, самостоятельно справляется со всеми домашними делами, включая ремонт крыши. На тот момент ему было уже за 80 лет.
Поэтому, охотники, стремитесь воспринимать мир глубже, чем просто зрительно, чтобы ваши охотничьи вылазки были успешнее, а добыча соответствовала вашим ожиданиям. Возможно, интуиция поможет вам избежать опасности? Кто может предсказать, что скрывается за следующим поворотом!
