Через несколько лет после обнаружения на раскопках в Израиле в 2019 году, ученые вновь обратились к странному предмету и предоставили разъяснения относительно его необычной функции в натуфийской культуре.
Обнаруженная шесть лет назад древнесемитская статуэтка из глины, изображающая женщину с большим гусем, обвивающим ее тело, вызвала недоумение. Первоначально археологи были озадачены таким сочетанием образов, но со временем научные объяснения, указывающие на религиозный подтекст фигурки, стали понятнее широкой публике.
В период с 12500 по 9500 лет до нашей эры, в дохристианской, мусульманской и иудейской культурах, существовавших на территории Леванта («Плодородный полумесяц» — условное обозначение региона на Ближнем Востоке, который рассматривается как один из первых центров возникновения земледелия и скотоводства в процессе Неолитической революции, также известного как «колыбель цивилизации»), анимализм был широко распространен в религиозной жизни общества натуфийцев.
Исследователи подчеркивают, что анималистический ритуал не связан с фактическим половым актом человека и гуся, это метафора, своего рода духовная загадка, символизирующая тесную связь двух миров, от которой зависит существование человека. Важно отметить, что натуфийцы возводили стационарные дома, что выделяло их среди других народов того времени, поскольку большая часть населения современного Ближнего Востока вела кочевой образ жизни и придерживалась соответствующих традиций.
Животные, включая птицу, которые были важной частью хозяйственной деятельности и от которых зависело благополучие общины, приобрели культовый статус. Гибель этих животных непосредственно сказывалась на трудоспособности населения, ставя его под угрозу голода и, как следствие, выживания. Поэтому изображение обнажённой женщины, выступающей в роли символа плодородия общины, в интимной связи с гусем, представленным в форме статуэтки, не кажется столь странным, если учитывать особенности древней культуры и условия жизни людей.
Это объединение двух сфер: взаимоотношения человека, обусловленного необходимостью получения биологических ресурсов, включая выращивание и употребление пищи (где гусь выступает как символ защиты), и продолжения рода (представленного детородной женщиной, чье существование также зависит от биологического обеспечения, связанного с домашней птицей).
В отсутствие моральных установок, появившихся значительно позже – христианских, мусульманских и иудейских – подобный артефакт может показаться излишне откровенным и даже немного шокирующим. Однако для культуры натуфийцев, а также для других культур того времени, такие изображения не являются чем-то необычным, это вполне обыденные предметы, используемые в религиозных ритуалах или верованиях. Речь идет не о какой-либо дикости или духовной отсталости общин и племен Леванта, поскольку у них не было подобных философских концепций. Поэтому буквальное понимание такого образа как возможное физиологическое слияние женщины и гуся (или любого другого животного) выглядит довольно наивно.
Согласно альтерначной точке зрения исследователей, у ряда древних народов того времени бытовало убеждение, что духи животных (полученные охотниками в дикой природе или выращенные в хозяйствах оседлых племен) способны устанавливать тесную, почти личную связь с человеком. Однако это не было связано с получением наслаждения или воспроизводством потомства, а позволяло человеку соприкоснуться с потусторонним миром, обителью его предков и предков животных, обеспечивших народ пищей и, как следствие, жизнью.
Постижение иного мира дарило человеку знания, недоступные в повседневной жизни. Он не был связан верой в богов, какими бы разнообразными они ни являлись, и не был скован литературными фантазиями более поздних эпох, которые нередко лишены научного обоснования и чьи смысловые построения порой противоречат даже друг другу в современной культуре.
По словам археологов, размеры фигурки незначительны: ее высота — 37 миллиметров, ширина — 18 миллиметров, а вес — всего 12,6 грамма.
По результатам геохимического анализа установлено, что древний мастер намеренно обжег фигурку при невысокой температуре, около 400 градусов Цельсия. Такой нагрев обеспечил изделию определенную прочность, как сообщается портал Naked-Science.ru
Не менее впечатляет художественное мастерство. По оценке исследователей, автору был свойственен глубокий уровень понимания анатомии и изящное чувство формы. Он искусно применял игру света и тени, чтобы придать сцене большую динамичность и выразительность.
