Река моего детства. Дары природы в шести коротких историях

Изображение Река моего детства. Дары природы в шести коротких историях
Фото авторское

Как только начало светать, начался рыбий концерт. Лещ вышел кормиться в траву. По всей реке началось чавканье, как будто бы обедало стадо свиней

Шел июль месяц. Лес был полон грибов и ягод. Несмотря на то, что на рыбалку приходилось спешить, а вставать в такую рань было ой как тяжело, по пути мы не могли не остановиться и не отведать черники и малины, растущих в изобилии в окружавшем нас лесу. И только съев по несколько горстей ароматных ягод, путешествие на рыбалку продолжалось. На обратном пути, когда можно уже было не спешить, собирались и потом сушились дома на солнце, попадавшиеся в лесу белые, подосиновики и подберезовики.

Однажды, исследуя окрестности после рыбалки, мы набрели на колхозное картофельное поле. Решение созрело сразу. На траву были сброшены пожитки, а на полянке через десять минут весело трещал разведенный костер. А мы уселись печь картошку. В те времена ни у кого из местных жителей не возникало желание накопать себя домой несколько мешков картошки, и потому на полях не было такой охраны, как сейчас. Да если бы и была, вряд ли бы кто-то стал ругать двух мальчишек за десяток выкопанных и съеденных там же клубней. Вечером чумазые и довольные мы возвращались домой.

Прикормка и насадка

Первое время, ловя на «пьяном мосту», мы не прикармливали рыбу, но однажды кому-то пришла в голову мысль бросить в воду остатки каши, на которую ловили. На следующий день в этом месте рыбы ловилось больше, и она была намного крупнее, чем обычно. После этого мы уже не уходили с водоема без того, чтобы не прикормить места, где ловили.

Первое время мы с Олегом постоянно спорили и ругались, какая насадка лучше и на что же ловить, я предлагал «Геркулес», а Олег разваренный до состояния каши горох. Кроме того было испробовано еще множество приманок и в результате экспериментальных проверок установлена лучшая приманка – ею оказался все же распаренный горох. Его было сложнее готовить, на него меньше клевала мелочь, но зато на него было поймано наибольшее количество лещей.

Однажды нам удалось выпросить в местной столовой для прикормки целую гору различных каш. Здесь были и гречка, и перловка, и рис, и пшено, и даже немного макарон. Прикармливая всем этим, поймали мало. Но, уходя домой, выкинули все это в воду. Такого клева как на следующий день мы больше никогда не видели. Казалось, что вся рыба с водоема собралась к нашим кашам и макаронам и как в ресторане выбирала себе еду по вкусу, не брезгуя, конечно же, и нашими червями. Рыба отличалась не только количеством, но и своими размерами. Как бы в благодарность за обильную еду, она была значительно крупнее той, что попадалась обычно.

Изображение Фото авторское
Фото авторское 

Караси

Рядом, в соседней деревне, был вырыт пруд, в котором водились караси. И вот однажды мы решили сходить их половить. До обеда бойко клевали рыбешки в ладонь-полторы. Наловив, пакет мы отправились домой пообедать, договорившись, после него опять сходить на пруд. Но погода внесла изменения в наши планы. Во время обеда налетела гроза, громыхали молнии, лил дождь. С сожалением мы стояли и смотрели, как убегает отпущенное нам на рыбалку время. Но вот гроза стала понемногу уходить, а дождь затихать. Мелкими перебежками, прячась то под деревьями, то под стоящим рядом мостом, мы побежали к пруду.

Караси не спешили садиться на наши крючки. Но вот один из поплавков вздрогнул и тихонько поплыл в сторону. Подсечка, и карась с ладонь отправился в пакет. Через несколько минут поплавок опять повело в сторону, но после подсечки рыба не вылетела привычно в воздух. В воде заворочалась какая-то громадина. Лески в то время было принято привязывать такие, что слона можно было выволочь, но вот как на тонкую бамбуковую удочку удалось вытащить карася за килограмм, я не помню. В этот момент сознание покинуло меня. Очнулся я только, когда он лежал уже на берегу, тяжело вздымая жабры. Через некоторое время, после еще одного мелкого, второй такой же гигант соблазнился насадкой. Домой я так и ушел с двумя с ладонь и двумя громадными, не влезавшими в мешок, рыбами.

Первый спиннинг

Бродя с удочкой в верховьях Катыша, мы встретили двух рыбаков со спиннингами. Сначала я не обратил на них внимания, но вдруг удилище у одного согнулось дугой, и он стал вываживать какую-то большую рыбу. Когда рыба мелькнула в воздухе, она показалась мне почему-то похожей на селедку и определить, что это такое, я издалека не смог. Лишь только подойдя ближе и заглянув к ним в садок, я увидел там семь громадных, как мне тогда показалось, щук. Бросив свои удочки, мы целый день ходили за ними по пятам и смотрели, как они ловят спиннингами щук. Следующим утром мы отправились в город покупать спиннинги. Приобретя по «палке», катушке и коробке блесен, мы всю оставшуюся до отъезда неделю месили реку. Поймал я одну щуку и одну забагрил. Размером они были с два карандаша, но моему счастью тогда не было предела.

Тот спиннинг давно сломался, после него было много других. Я сам научился неплохо делать блесны, но тот свой первый спиннинг мне и сейчас кажется самым удобным и самым лучшим. Выловлены сотни щук, судаков, окуней, жерехов, но те первые две щучки всегда будут самыми дорогими.

Щука с березы

В детстве родители не разрешали мне ездить на рыбалку с ночевкой. Но как же хотелось провести вечер у костра на рыбалке. И вот однажды мы втихаря собрали вещи и улизнули с ночевкой. Я честно позвонил родителям с вокзала и объяснил ситуацию, чтобы они не волновались. Конечно, в трубке я наслушался ругани, но после этого они смирились, и в последующем собирали нас на рыбалку по полной программе. Им спокойнее было, если пятиклассник уезжал куда-то с полным набором для выживания, чем удирал безо всего.

После этого мы с Олегом периодически ездили на Истринское водохранилище на рыбалку. Со временем мы познакомились со сторожем на одной рыболовной базе. И он нам по дешевке давал напрокат лодку. Мы переплывали водохранилище и останавливались на ночевку на другом берегу. Надо сказать, что в те времена берега не были застроены коттеджами и огорожены заборами, как сейчас. В основном, они были заросшие лесом. Естественно, у нас было свое любимое место. Переплыв, мы ставили палатку, разводили костер и ловили рыбу.

В этом месте водой подмыло берег, и в воду упала громадная, обхвата в два, береза. Вот как раз в ее затопленной кроне, метрах в десяти от берега, и стояла рыба, там мы и ловили. В один из приездов, мы спокойно ловили, как вдруг в кроне начался окуневый котел. Окунь стаей загонял малька и, набросившись, жадно поедал. Малек выпрыгивал из воды, пытаясь спастись от хищника. Это было похоже на дождь. Я увидел в воде около берега дохлого малька, насадил его на крючок и тут же вытащил приличного окуня. Мальков больше не было, и я взял спиннинг.

Изображение Фото авторское
Фото авторское 

Привязав распространенную тогда блесну-ложку, пройдя по стволу до вершины дерева, я стал просто водить блесну под ногами, не используя катушку. На нее тут же стаей бросились окуни. Поймав 2-3 штуки, я пошел на берег за садком. Однако когда вернулся, окунь пропал. Я водил блесной, но ни одной рыбы не было. Я уже хотел бросить это дело, как вдруг увидел перед собой водоворот, метра два в диаметре, и неведомая сила потащила блесну в ветки дерева, пытаясь запутать леску и освободиться. На блесне сидела громадная щука, которая пыталась уйти в спасительные ветки и уйти. «Олег – подсак!», — закричал я.

Олег сразу все понял и побежал за сачком. Но он не понадобился. Мне кое-как удалось вытащить рыбину на три прибитые в вершине доски и прижать. На мое счастье, щука надежно села на все три крючка. Вытащив ее на берег, я отдышался. На вид в ней было 3-4 килограмма.

В автобусе домой как всегда было полно рыбаков. Все расспрашивали друг друга, как рыбалка. Когда дошла очередь до меня, я рассказал про щуку. Все потребовали показать, и я с гордостью достал свой трофей. Матерые рыбаки, увидев такую рыбу, довольно зацокали языками. Еще большее удивление щука вызвала дома у родителей, когда я вместо обычных плотвичек и окушков достал такого монстра.                                                          

Щуки на живца

Рядом с санаторием, где мы отдыхали, был большой пруд с лодочной станцией. И вот однажды один из друзей сказал, что видел, как кто-то в нем поймал на живца щуку. Быстро наловив подъемником водившихся там в изобилии верхоплавок, мы пошли за щуками. Следуя совету того же товарища, я не привязал к леске поводок. На первом же забросе, прямо под днища стоящих на причале лодок, крючок срезало, да так что даже не почувствовалось рыбы. Наученные горьким опытом мы тотчас же привязали поводки. После этого такие эксцессы прекратились. Причем, экспериментально было выяснено, что щука предпочитала исключительно поводки из толстой лески, начисто игнорируя проволочные.

В день удавалось поймать 3-4 рыбы по 700-900 граммов, и мы были страшно горды, неся домой не какую-то мелочь, а солидную рыбу, которую вполне можно было пожарить. Изредка попадался крупный около 500 граммов окунь. А однажды после заброса удочки, не успел поплавок упасть, как из воды высунулась громадная рыбья голова, схватила его и тут же выплюнула обратно. Через секунду он нырнул под воду, а я после подсечки вытащил на берег окуня под килограмм весом.

Один раз после подсечки я привычным движением выкинул на берег приличную щуку. Она, перелетев через меня, упала метрах в пяти сзади. Упала и исчезла. Часа два я искал ее. В том месте я вырвал всю траву, залез в каждую щелку, но рыбу так и не нашел. До сих пор непонятно куда она могла подеваться.

Странный клев

В последний день, а вернее сказать, ночь перед отъездом мы решили половить леща. Просидев до рассвета, мы не поймали ничего. А как только начало светать, начался такой концерт. Лещ вышел кормиться в траву. По всей реке началось чавканье, как будто бы обедало стадо свиней. Клев начался бешеный, но подсечь было невозможно, как мы ни старались.

Поплавки выкладывало сразу же, как только они вставали на воду, но никакие ухищрения не принесли нам рыбы. Мы и сразу же подсекали, и давали несколько минут рыбе заглотить насадку. Все напрасно. Клев был бешеный, но рыба упорно не желала садиться на наши крючки. Так и ушли мы домой ни с чем. Но это не огорчило нас ни сколько. У нас было детство, которое, не забывается никогда, и в котором не было места огорчениям.

Изображение Фото авторское
Фото авторское 

Читайте также:

Река моего детства. Как рождается настоящий рыбак

Река моего детства. Истории рыбака в тени одного моста


Источник

Loading